Рядом открылись Врата. В которые Хеймир, низко поклонившись, буквально прыгнул. Его слишком давило присутствие. А вот Лайза легко держала, но нервно оглядывалась.
— Иди, встретимся дома. Я всё понимаю.
— Спасибо, — кивнула она и тоже убежала. Видимо… не сомневалась в истинности слов Силвиса. Я же подошёл ближе.
— Это честь встретись вас, моё имя Арктур, но чаще называют Артур, а её Широ. Как мне к вам обращаться?
— Ты легко держишь давление присутствия, — он с интересом разглядывал меня. — Можешь по имени, я не твой господин, чтобы обращаться подобным образом.
— Да, давление есть… но я ведь лично встречал Хранителя… Не знаю, что я за существо. Это ведь не секрет, даже Инис не знает, — я догнал его, пока он неспешно шёл к саркофагу, осматриваясь. Широ вовсе предпочла пока помолчать.
«Трансцендентный, прямо здесь! И мы его апостола на днях убили! Все трое руку приложили… но он вежлив», — удивлялась она.
— Любопытно… должно быть тебя удивляет, почему Канкар предложил решить это мне? В конце концов, наша вражда не смертельна. Небольшая, незначительная уступка и я удовлетворён. В своё время Марион много моей крови выпила.
— Я понял… интересно, что её апостол отзывался о ней хорошо.
— Не знаю, о чём он думал. Или заставила. Хотя на публику она всегда играла, — покачал головой Силвис. Он оглядел саркофаг и пошёл дальше.
— Удивительное место… но без неё оно ведь не обрушится?
— Это продукт её силы. Как создать подобное я не знаю, но не похоже, что измерение рушится.
«Это более стабильно. Нет, они независимы от её силы», — ответила Инис видимо нам обоим. — «Разошлась же тут. Любит простор? Вот тебе и ответ, почему появилась та впадина. Да, ты правильно понял, забрала материи. Хотя её тут меньше. Вероятно, неудачные попытки или само осело».
— Впечатляет… давление. Канкар не преувеличивал… Благодарю за ответ, — произнёс Силвис. — Тогда, пока оно стабильно, нравится мне это место. Оживлю его, сделаю своим полем для экспериментов.
— Разумное использование… я вот хотел спросить… Ваши отношения с Плеймином?
— Он сам по себе. Когда-нибудь импульсивность его подведёт.
— И ведь я ничего ему не делал. Убитый апостол, уж не знаю, была это её инициатива или приказ. Но почему он считает Разрушение — тьмой и злом в чистом виде?
— Его воззрения и он считает, что эта магия не для людей, — обыденно проговорил Силвис. Отношение не высказывал, а констатировал факт.
— Я… понимаю. Хотя могу полюбопытствовать: даже при вражде, не разумнее ли было подчинить Марион? Так понимаю, это вполне возможно.
— Так же как люди живут отныне своей жизнью и вольны делать что пожелают, я не желаю иметь контактов больше необходимого. И в наш договор она не входила. Подчинять её мне не интересно и тем более общаться с ней я не желаю.
— Вам шестой не нужен, ясно… Выходит, все пятеро существуют минимум больше шести с половиной тысяч?
— Я самый молодой из ныне живущих, мне восемь тысяч. Звёздный Океан тебе уже все поведала о нашем становлении, верно? Да, те, кто взошли в прошлой эпохе, все мертвы. Все кто взошёл позже меня. Но отныне мы не сражаемся и не заставляем страны сражаться за нас, — он остановился перед зданием. Скорее открытым складиком, одной стены которого не было.
— Как-то тут… порушено всё, — проговорила Широ, смотря на помещение, заваленное хламом.
— Типичный эффект взрыва пространственного Хранилища… Широ. Знаешь ли ты, что Звёздный Океан в какой-то мере тебя спасла, — он посмотрел на неё, и Широ сразу опустила голову. — Да, за твоей головой почти пришёл Сахат. Он редко кого-либо прощает или щадит. О чём ты думала, скажи?
Широ поджала губы и я подтянул её к себе.
— Я знаю… не думала…
— Раскаяние… настоящее. Тем лучше, — кивнул Силвис и снова смотрел на складик. — Жаль, видимо потеряла она свой любимый хлыст. Пожалуй, это твоё. Во всяком случае, что-то за старания ты получил.
С заваленного хламом пола взлетел меч в ножнах и пролевитировал ко мне. Метровой длины немного изогнутый клинок. Колоть уже неудобно, зато для режущих ударов будет лучше.
Ножны чёрного цвета с бронзовым «осколочным» узором я бы сказал. Как будто хаотичные осколки чего-то расколовшегося кусочками. Крупный узор у устья ножен и кончика постепенно уменьшался, угловатые осколки бронзы становились всё мельче и реже, пропадая. Рукоять, обтянутая чёрной кожей, небольшая, двумя руками держать будет неудобно.
Такая же небольшая решётчатая гарда того же осколочного стиля. Из видимых драгоценных камней только нечто чёрное под самой гардой на рукояти.