– Никого не вижу, – признался Сухтелен.
– Они попрятались вон в те кусты на гребне, – пояснил Изотов. – Поэтому и говорю, что похоже на засаду. Больно место удачное. Мы тут как на ладони.
Сухтелен цепко посмотрел по сторонам и распорядился:
– Ивар! Перед мостиком остановись. Надо будет выслать разведку.
– Я как раз хотел немного ноги размять, – с невозмутимым видом сообщил барон.
– Хорошо, – кивнул подполковник.
– Я тоже хочу, – подала голос Ольга.
– Кто-то хотел, чтобы ее считали бойцом. Соответственно, извольте выполнять приказания, – отрезал Сухтелен.
Автомобиль остановился в десятке шагов от моста. Раден без слов соскочил на землю, перехватил поудобнее винтовку и неторопливо двинулся вперед. На его полноватом лице не было заметно никаких эмоций. Этакий холодноватый курляндский барон, вышедший на прогулку.
Раден ступил на мост, надавил ногой чуть сильнее, словно проверяя настил на прочность, и тем же неспешным шагом двинулся дальше.
– Видите кого-нибудь, поручик? – на грани шепота спросил Сухтелен.
– Нет, – так же тихо ответил Изотов.
Барон миновал мост и потихоньку стал подниматься на гребень.
В округе было тихо, лишь продолжал тарахтеть мотор, однако в этой тишине чувствовалось напряжение. Оно нарастало с каждым шагом, еще немного – и лопнет, а Раден все шел и шел, время от времени поворачивая голову по сторонам.
Вот он почти достиг вершины.
Сердце девушки дрогнуло в предчувствии беды.
В следующий миг Ольга выскочила из машины:
– Я с вами, барон!
Каблучки бодро затопали по доскам моста.
Раден стал поворачиваться на звук, но на доли мгновения застыл вполоборота. Винтовка взлетела к левому плечу, палец отжимал спусковой курок, а девушка уже не шла – бежала на помощь. Зачем?
– Кто такие? – Стрелять Раден не стал. Первый выстрел непоправим, он неизбежно вызывает последующие.
Как на это решиться, когда под удар попадаешь не только ты?
Из автомобиля не было видно, к кому обращен возглас барона.
– Местные… сидим здесь… – Показалось, или ответ прозвучал именно так?
И несется Ольга, на ходу выхватывая маузер. Отчаянная и какая-то не слишком уместная храбрость.
Двое не всегда сильнее одного, когда один вынужден заботиться о другом.
– Вперед! – бросил Сухтелен.
Ясманис загазовал, не трогаясь с места. Стал настороженно приподниматься Изотов.
И тут паккард рванул, точно флегматичный прибалт превратился в темпераментного уроженца юга.
Автомобиль не лошадь, скорость быстро не наберешь, однако на мост вкатились довольно резво.