Читать книгу «"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19» онлайн.

— Глава гильдии лично инспектировал склад и сам был свидетелем недостачи, — робко пискнул толстяк. — Все заказы на изготовление готового платья из заморского сукна выдаются нарядами под роспись хозяевам мастерских, потому-то он сам и инспектирует своих подчиненных, дабы не допустить появления дурной славы.

— Ясно, — кивнул я, скроив морду кирпичом. — Я оставлю расписку, за деньгами зайдете завтра в первой половине дня.

— Куда? — опешил от такой наглости судья.

— Знамо дело куда, в представительство, — пожал я плечами и кивнул ухмыляющимся стражникам. — Освободите его, ребята, пусть чешет на все четыре стороны.

— Ну чего тебя на благородные поступки потянуло? — сетовал Зимин, проталкиваясь за мной через толпу. Передо мной она, как ни удивительно, расходилась в стороны, давая господину негоцианту беспрепятственно прошествовать к своим носилкам, паланкину или на чем мы там приехали. Ярош, помню, давал правильное название сего средства передвижения, но слушал я тогда вполуха, обдумывая раскрытие коварных заговоров, которые предстояло распутать. Перед Славиком же толпа смыкалась, видимо, не придавая фигуре заезжего технического специалиста особого веса. Вон тот главный. Сразу видно. И трость есть, и хромает, и с судьей не побоялся поспорить. Второй, может, слуга, может, приближенный, но на него и внимания обращать не надо. Мало ли приближенных, вливаясь в бесконечный поток горожан, снуют туда и сюда по делам своих господ. Всех пропускать, сам за день с места не сдвинешься.

Остановившись, я тут же получил толчок в спину от влетевшего в меня по инерции Зимина.

— Значит, так, Славик, — кивнул я. — Дыра в моей ноге и все те ужасы, которые нам пришлось пережить по дороге в столицу, стоят, думаю, несколько больше, чем три тысячи желтых кругляшков. Предупреждение о том, что нравы здесь круты и общество дико и самобытно были, но о том, что тебе могут открутить голову на лесной дороге, ни слова, ни полслова. Компенсацию из казны представительства выбьем без труда, да и, думаю, не такие уж это и великие деньги в разрезе крупных торговых сделок. В виновность парня я не верю, как, впрочем, и ты, так почему бы не спасти его шею от виселицы?

— Господин, господин негоциант! — Дирек вприпрыжку несся за нами по извилистым мощеным улочкам и размахивал руками. Делал он это столь энергично, что только внешний вид и запах немытого тела могли свидетельствовать о его невеселых последних приключениях. — Господин негоциант!

Наконец мастеровой поравнялся со мной и принялся кланяться и приплясывать. Одновременно бежать и кланяться — занятие не из легких, но портной претворял это в жизнь столь усердно, что вызвал у меня улыбку.

— Что вам, Дирек? — поинтересовался я, мерно раскачиваясь на сиденье.

— Господин негоциант, — ухнул Аморис, вытирая намокший от усердия лоб. — Вы же мне жизнь спасли мою никчемную.

— Так уж и никчемную? — поразился я. — Идите-ка вы, милейший, домой, да найдите такого работодателя, что шельмовать не будет.

— Как же я работодателя найду, — сник Дирек. — Меня же теперь, после суда на площади никто и близко к своей лавке не подпустит. Компенсацию за меня казна получит, но судья ведь не оправдал. Возьмите меня к себе, господин негоциант.

— На кой же ты мне сдался? — удивился я. — Мастерскую по пошиву одежды открывать не намерен.

— Да куда угодно, — замахал руками Аморис. — Полы могу подметать, мостовую мыть, оружие чистить и точить. Я же на все руки от скуки.

Вот тебе и добрые дела. Сначала по доброте душевной трех тысяч лишиться. Изыскать-то их получится, но придирчивый Подольских наверняка вычтет недостающую сумму из моего жалованья. К слову о жалованьи, будет ли оно? Прием не за горами, в курс дела еще не введен, да еще командирская дочка пропала. Одно другого не легче, а я тут деньгами сорю. Теперь вот думай да мозгами скрипи, куда этого беднягу приткнуть, чтобы с голоду ноги не протянул.

— Ладно, — вздохнул я. — Приходи завтра к особняку, спросишь меня. Там и поговорим, как тебя устроить. Где представительство дома Подольских, в курсе, надеюсь?

— Конечно. — Лицо мастерового озарила счастливая щербатая улыбка.

— На том и порешили, — кивнул я. — Теперь проваливай, и без тебя дел невпроворот.

Вот и наш особняк, место жительства и центральный офис в одном лице, путь до которого занял несколько больше, чем планировалось. Негоциантское представительство располагалось на северной окраине города. Тут вовсю шло строительство. Стучали молотки камнетесов, разгружали балки и щебень, трещали доски под напором пил плотников. В общем, шум стоял изрядный.

Сэкономил старик, ой сэкономил. Не мог, проклятый, купить дом где-нибудь возле тихого парка. Тут, небось, и земля подешевле, и район не такой благополучный. Вроде бы и в королевстве живешь, и название гордое и непонятное, не иначе как Браминд, а за окном строительные леса и мат рабочих. Дежавю какое-то. Интересно, как к данному аспекту относятся деловые партнеры дома? Чай, не в лавке торговать придется, заправлять крупными партиями, заключать долгосрочные контракты, а пока доберешься, весь в опилках и меле будешь.

Как ни странно, но и особняки других негоциантов из-за двери находились неподалеку, что не мешало им вести свои дела. Первым на мои глаза попалось представительство Негоциантского дома Генриха фон Фальца, на воротах которого стояли двое хмурых стражей, закованных в латы. Вывеска свидетельствовала, что имение сие и есть «Фон Фальц Корпорейшен», самое настоящее и подлинное. Особняк негоцианта Чана опознать было безобразно просто, по изогнутым шеям китайских драконов, искусно вделанных в стальной частокол, отгораживающий особняк от прочего шумного мира. Представительство Новака вообще не получилось разглядеть из-за высоченного каменного забора, в высоту метра три, не меньше, но лай собак и протянутая сверху иномирная колючая проволока егоза советовали не лезть в дела и личную жизнь поляка-затворника.

Наш особняк, кто бы сомневался, имел разительное отличие от всех остальных. В первую очередь в глаза бросался забор, точнее его отсутствие. Вместо него вокруг дома буйно цвел высоченный кустарник, на котором при ближайшем рассмотрении обнаружились весьма серьезные шипы. Вот тебе и старик, вот тебе и эксцентричный миллионер. Зеленая преграда, что летом, что зимой, лишала злоумышленника даже самого малейшего шанса проникновения на территорию. Попытайся он проломиться нахрапом, будет изрезан в клочья злым растением, а в основной портал ему почти наверняка не пройти, там местные стражи оберегают покой важных персон. Единственный шанс — разве что по воздуху, но до этого в королевстве еще далеко.

Депеша о моем прибытии, которую Грецки отправил с шустрым мальчишкой-посыльным, едва мы переступили городскую черту, вероятно, опередила нас на хороший промежуток времени, так как у ворот, в ожидании нового начальства, помимо стражи скопилась приличная толпа народа. Памятуя рассказ босса о небольшом, даже скромном персонале, я разглядывал эти незнакомые мне лица с интересом, пытаясь определить, кто же из них за что отвечает.

Ну, вон тот розовощекий гигант в белом колпаке наверняка повар. Это хорошо, персональный повар — роскошь, но отказываться от нее глупо. Другой, хмурый и в кожаном переднике, очевидно, либо завхоз, либо садовник. С одной стороны связка ключей на поясе, а руки испачканы в земле. Универсал многостаночник, не иначе. В нестройных шумных рядах у входа мелькали и женские лица, некоторые из них весьма и весьма недурны собой.

Трехэтажный особняк с вензелем «П», обвитым чем-то растительным, располагался в самой глубине сада, на мою радость, укрытый от шума и суеты столицы. Все дорожки, ведущие к дому, флигелю, где, очевидно, жил персонал, да и к остальным хозяйственным постройкам, были посыпаны мелким гравием безумного красного цвета. Такого цвета, небось, и в природе не бывает, разве что у ядовитых насекомых.

Мужчина в переднике оказался завхозом и отрекомендовал себя как Барус Ирик, старший домоуправитель представительства. Он же взялся проводить меня и Славика показать новые владения, пока остальные разгружают багаж и расплачиваются с носильщиками, да я и не возражал. Тело затекло от долгого сидения на одном месте, и поврежденная нога требовала систематических нагрузок, чтобы восстановить былую подвижность. Право слово, не ходить же всю оставшуюся жизнь опираясь на палку.

— Пройдемте в дом, господа, — кивнул Ирик и уверенно зашагал по дорожке, ведущей к центральному входу. — Депеша от господина барона сообщила о вашем прибытии в столицу. В ней же он попросил приготовить званый ужин на десять персон, который я бы порекомендовал устроить в саду, где мы разобьем шатер. Погоды стоят замечательные, дождя не предвидится, так что этот вариант я бы назвал самым интересным и достойным из всех возможных.

— А что повар? — поинтересовался я. — Хорошо ли готовит? Нам, как вновь прибывшим, следует произвести благоприятное впечатление на всех гостей. Если еда будет невкусной, подгорелой или экзотической, вечерний прием провалится, и репутация дома получит серьезный удар.

— Не беспокойтесь, господин, — отмахнулся от меня, как от назойливой мухи, домоправитель. — Патрис знатный кулинар. В свое время сам Подольских умудрился переманить его с дворцовой кухни, а туда, как вы можете понять, попадают немногие.