— Знаешь, дружище, мне кажется, что все это бесполезная затея. До войны три месяца. Уйма времени! И если покушение будет задумано, но оно состоится. Есть сотня способов. Я не собираюсь шарахаться от каждой тени и вообще думать на эту тему. Полно забот поважнее. Расскажи лучше, что там с боевой десяткой Крайоны. За последние годы мы как-то потеряли их из виду. Да, есть Мастер Бишоп, он фигура известная. Но остальные все на одно лицо, словно саранча.
Сирсонур тут же зарылся в бумаги, которыми был завален его огромный стол. Риордан с иронией наблюдал, как приятель ищет нужные документы. Нынешний глава тайной полиции, несмотря на все свои полезные качества, к порядку склонен не был, в отличие от своего грозного предшественника — Накнийра. Наконец Сирсонур отрыл нужный свиток и торжествующе потряс им в воздухе.
— Ты очень верно выразился, Риордан. Саранча. По крайней мере они к этому стремятся. Поединщики Братства обезличены. Никаких индивидуальностей. Равные среди равных. Винтики боевой машины. Но кое-что удалось раскопать, — Сирсонур забавно шмыгнул носом и на минуту углубился в чтение документа. — Вот. Несмотря на все вышесказанное из ихней когорты выделяются три бойца. Они и добывают для Крайоны победы в последние пять лет.
— И что ни один из них при этом не получал серьезного ранения?
— Нет, — Сирсонур замотал головой.
— Стало быть ребята действительно серьезные. Продолжай.
— Двух первых зовут Айнор и Фрегонур. Они там все называют друг друга братьями, но тут похоже родство настоящее. По крови.
— В смысле? Они родные братья?
— Очень похоже на то. Но имена не настоящие. У них у всех прозвища. Фрегонур меченосец…
— Точнее!
— Прямой короткий.
— Ага. Бой на ближней дистанции. Видимо малый хорошо двигается. Дальше.
— Айнор работает копьем. Легкое древко. Перо широкое с зазубринами.
— Хм. Придется готовится под него отдельно. С копьями мы давненько не сталкивались.
— Обязательно готовьтесь. В войне с Хашемом этот поединщик вывел из строя троих. Они с Айнором выходят один за другим. Это типа традиции. Обычно в начале, но никогда не открывают сражение.
— Так. Ясно. Что с третьим?
— Это рогрейн.
Риордан невольно присвистнул. «Рогрейн» было меркийским словом и оно означало «наемный меч». Так называли поединщиков, которые вошли в боевую десятку по отдельному соглашению. Рогрейны могли быть иностранцами. Обычно они не являлись выпускниками Воинских школ или Академий. Их брали за талант.
— Его псевдоним О-ронг.
— Это еще что за белиберда? Он откуда вообще?
— По моим сведениям он родом с островов, что находятся в Меркийском море. Но в Крайоне уже давно. Принял их веру и разделяет все их идеалы.
— Понятно. Чем владеет?
— Шпагой. Как и ты. Только гарда круглая и клинок тоньше и легче. Его оружие в Крайоне называют Иглой.
— На уколах, значит, работает.
— И неплохо работает. То ли семь, то ли восемь личных побед. Его выпускают либо в самом начале, либо в самом конце.
Риордан понимающе качнул головой. Стало быть — этот О-ронг и есть их лидер. Бишоп, как и любой другой Мастер войны исповедует две основных тактики: если противник предсказуем, то лучший поединщик сразу задает нужный тон, принося первую победу; а если впереди ожидаются неприятности, то сильнейшего бойца приберегают на финал. Иногда один человек может переломить ход кампании. Таким же образом Риордан поступал с Тамуром и так же Мастер Фоллса использовал своего Математика.
— Это все, что мне пока удалось раскопать, — тихо произнес Сирсонур, как бы не желая прерывать размышления Риордана.
— Негусто. Но и за это спасибо.
Риордан поднялся со своего места с намерением распрощаться. Но Сирсонур застал его врасплох внезапным вопросом.
— А тебе не приходила мысль, что такой огромной ставкой Крайона и все, кто вошел с ними в долю пытаются попросту подкупить нашу первую десятку?