— Ты ответила ему?
— Не успела. Сначала обрадовалась. Потом стало обидно за себя. В пару дней колебалась, писала и рвала письма. А потом… — Ноа замерла на полуслове.
— Что потом? — не выдержал Риордан.
— Потом в моей жизни появились вы, — чуть слышно произнесла Ноа.
Риордану оставалось только покрутить головой от изумления. Вот, значит, как все случилось. Он-то воображал, что заметил красотку на светском приеме и дал ей шанс на стать на пару дней героиней дворцовых сплетен. Возвыситься над прочими барышнями, поскольку ее приблизил к себе сам Мастер войны. А получилось, что он просто подошел к ней в удачный момент. Она как раз раздумывала, какой монетой расплатиться со своим бывшим женихом за измены и невнимание и тут подвернулся он, Риордан. Кандидатура — лучше и не сыщешь! Вот попробуй не согласиться, что каждая женщина — это загадка. Попытка разгадать ее может больно ударить по самомнению. Риордан был обескуражен.
— Получается, что ты со мной отомстила Жаневену? Так выходит?
Ноа встретила его взгляд и не отвела глаз.
— Вы задавали мне вопросы, господин Риордан. И наверное не хотели, чтобы в ответ я вам лгала. Так чем вы сейчас недовольны? Правдой?
— Ты права. Ты снова права, — пробормотал он. — А я осел. Навыдумывал себе непонятно что.
До поста охраны перед двадцать девятым флигелем оставалось всего с десяток шагов.
— Как я понимаю, ваше приглашение насчет прогулки в ландо больше недействительно, — через силу рассмеялась Ноа.
Видно было, что девушку охватила досада. Она не то, чтобы сожалела о своей откровенности, а скорее о том, что все так нелепо складывается.
— Никто не может назвать меня пустомелей, — заявил Риордан. — Так что я еще раз подтверждаю свое приглашение.
Его слова прозвучали так, что он тут же почувствовал себя напыщенным павлином. Ноа сделал жест ладошкой словно хотела отстраниться.
— Да, ладно, не нужно. Я же вижу, что теперь вы чувствуете себя обязанным.
Риордан решительно взял ее за руку.
— Послушай, во мне ничего не изменилось. Да, я узнал кое-что новое. Ну и что? Если тебе приятно мое общество, мы можем продолжить наше знакомство.
— Меня теперь недели две не отпустят в город. Принцесса Вера рвала и метала во время моей прошлой увольнительной.
— Я могу поговорить с королем насчет тебя.
— Ни в коем случае! За второй такой раз меня со свету сживут.
— Хорошо. Тогда дай мне знать, когда у тебя намечается выходной. Пришли записку с нарочным. Об остальном не беспокойся. Теперь не будет ничего, что может тебя скомпрометировать. Договорились?
— Договорились, — с печальной улыбкой ответила Ноа.
— Вот еще что, — Риордан задумчиво почесал переносицу. — Если ты вдруг захочешь возобновить свои отношения с Жаневеном, я должен об этом узнать. Извини, но в моем положении недопустимо оказываться в дураках. Сообщи короткой запиской. Так мол и так. Хорошо?
— Обещаю.
Простились они на глазах у караула сухо и почти официально. По дороге домой Риордан правил своей коляской рассеянно и дважды чуть не зацепил колесными дугами пешеходов. Дома он отдал поводья вышедшему из ворот Лагну, а сам еще некоторое время прогуливался под тусклым светом уличных фонарей. В мыслях царил полный сумбур. Еще несколько дней назад его чувства были полностью упорядочены, а тем там творился первозданный хаос. Ноа ворвалась в его жизнь стремительно. Что делать дальше? Продолжить встречи? А как быть с его недугом, который он так тщательно и успешно скрывал? Тем более оставалась неопределенной ситуация с Жаневеном. Риордан не мог отделаться от мысли, что повел себя в ней неподобающим образом. Да, он стал жертвой обстоятельств. Но это его не извиняет. Тем более, что он не отважился спросить Ноа, остались ли у нее к бывшему жениху чувства? Он, триумфатор девяти войн, испугался. Потому что понял — она не станет врать и может сказать такое, что потом через это будет сложно перешагнуть.
Риордан сам не знал, сколько времени бесцельно бродил по переулкам в округе, но когда он распахнул дверь своего дома, ночь уже давно вступила в свои права. В гостиной горел светильник. Около него на своем кресле-качалке сидел Фош и смотрел в его сторону немигающим взглядом. Абсолютной тишиной в этот момент дом напоминал склеп. На этом фоне отблески светильника в глазах Фоша выглядели жутковато. У Риордана сегодня и так тяжело было на душе, но от вида больного слуги сердце и вовсе защемило словно клещами. Пока его занимали любовные переживания, Фош мог запросто отправиться к праотцам. Помереть в отсутствие своего господина, которому верой и правдой служил без малого двадцать лет. Риордан замер на пороге, не зная, что сказать.
— Поздновато гуляете, — вдруг прогудел Фош. — Газетчики трубят о войне с Крайоной, а вы шатаетесь по ночам в одиночку. Знаете, как про них говорят? У Крайоны кинжал работает лучше меча. Мастеру войны лучше бы поостеречься.
У Риордана отлегло от сердца. Старику полегчало.
— Ну, как ты? — поинтересовался он, подходя к слуге.
— Никак не помру, — с иронией пожаловался тот. — Хотя пытаюсь регулярно. Видать, не принимает меня земля.