— А знаешь, какие еще чипсы делают из кукурузы?
Изабель потрясла головой.
— «Квейверс», — начал перечислять дед, — «Монстер манч», «Френч фрайс», «Спейс рейдере», «Рингос».
— Ты так хорошо разбираешься в чипсах, — заметила Изабель.
— Раньше мы все ими торговали. — Дед смотрел прямо перед собой. — Каждый день после окончания занятий в школе магазин осаждали дети, которые тратили тут карманные деньги. Я пускал их по двое и обращал их внимание на знаки «Ведется видеонаблюдение». Я не вчера родился. — Он покачал головой. — Твой отец снял знаки, когда внес сюда столы и стулья. А потом наше заведение перестало привлекать школьников, и теперь все они ходят в киоск Шерил.
Изабель снова пнула стенд.
— Кукурузные чипсы вкусные, намного лучше, чем папины.
Дедушка просиял:
— Вот именно.
Изабель тоже улыбнулась.
Дед разгладил рукой брючину.
— Тебе нравится вечеринка?
— Пока ничего лучше нашего разговора не случилось.
Дед улыбнулся.
— Я полностью с тобой согласен.
Некоторое время они посидели молча.
— Рад, что ты не грабитель, — сказал дед.
— А я рада, что ты не пристрелил меня.
— Я бы не смог: мое ружье в сарае.
— Жаль, что его здесь нет. При условии что ты не стал бы стрелять в меня.
— В тебя я бы никогда не выстрелил, милая. — Дед повернулся боком и пожал руку внучки. Потом оперся о пол и поднялся.
— Куда ты? — спросила Изабель.
— Подожди минутку.
Изабель проводила взглядом дедушку и глупую собаку, волочащуюся за ним. Сегодня девочка почти не разговаривала с дедом. Зачем она тратила время на игры с малышней, если можно было поиграть с ним?
Он вернулся и снова сел.
— Проверил, закрыты ли холодильники, — там прохудились резинки. Дверцы могут сами открыться ночью, и тогда израсходуется много электричества.
— Ты бережешь планету, дедушка. Спасибо, — сказала Изабель. — Большинство взрослых не понимают, как это важно.
Дед удивленно посмотрел на нее и отвернулся.
— Пойду-ка я, — ворчливо проговорил он.
Изабель подумала, что он рассердился, но дед сильно, до боли, стиснул ее руку.