Через двадцать минут в паб влетела Стелла.
Джордж заметил, что у нее красное лицо, но ничего не сказал.
— Как ты меня нашла?
— Что ты здесь делаешь? — Она бросила взгляд на его телефон и заметила на экране сообщение о пропущенном вызове. — Ты теперь даже не отвечаешь на мои звонки?
Джордж с неловкостью посмотрел на коллег.
И тут он вспомнил. Твою мать!
— Я забыл, просто забыл. Извини.
Стелла обратилась к его товарищам:
— Простите, что помешала вам отдыхать, но мне нужно поговорить с Джорджем, поскольку я закипаю. Мы должны были встретиться в «Белом лебеде» с инструктором по вождению. — Она повернулась к мужу: — Я сидела там одна, как дура, и названивала тебе.
Джордж встал.
— Может, мы не будет выяснять отношения при всем честном народе?
— Сегодня был последний день записи. У купона, который я тебе купила, истек срок действия.
— Я же извинился. Признаю свою вину и готов возместить тебе расходы с личного счета. Не понимаю, что тебя так взбесило.
— Меня взбесило то, что у нас нет ни гроша за душой, а ты бросаешь деньги на ветер, я всегда должна брать все на себя, а ты плевать на меня хотел! — Стелла обратилась к его друзьям: — Извините, ребята. Мне правда очень неловко. — И она вылетела из паба.
За столом никто не проронил ни слова.
Джордж дрожащей рукой взял свою кружку, допил пиво и, не попрощавшись, ушел.
Он увидел, как машина Стеллы, включив задние фары, выезжает с парковки, и, замахав руками, бросился к ней, но она не остановилась.
Домой он почти бежал.
Опустив ключи в миску в прихожей поверх ключей Стеллы, он вошел в кухню.
— Хорошо. Давай устроим скандал.
Стелла стояла перед выдвинутым ящиком для столовых приборов.
— Какого черта этот ящик открыт?
Джордж переводил взгляд с жены на ящик.
— А нельзя не злиться, а просто закрыть его? — И он неестественно хихикнул. — Смех, да и только. Ты не можешь просто задвинуть ящик, а стоишь и заводишься — тебе обязательно надо меня обругать. Это что, нормально?
— Но я столько раз тебя просила, буквально умоляла не оставлять ящики открытыми. И вдобавок бросаешь банки на краю ванны.
— Стелла, да только послушай себя: ты чуть не плачешь из-за какой-то банки и какого-то ящика. Ты с ума сходишь.
— Конечно, легче всего обозвать человека чокнутым, чтобы победить в споре. Жена съехала с катушек — и разговор закончен.
— На воре шапка горит, — пробормотал Джордж.
— Я устала все тащить на себе, как бульдозер.
— Перестань повторять это.