Последний контакт 2: читать начало книги онлайн

По итогу работы у девушки в активе появился хоть и неказистый, но довольно прочный и длинный канат. Расстелив его вдоль коридора и измерив шагами, Валерия пришла к выводу, что работу на этом можно останавливать. Длины каната должно было хватить, получилось даже больше требуемого. Оставалось найти груз, он же крюк, который она привяжет к одному из концов.

Решение пришло внезапно. Взгляд Мирской упал на один из пустующих ложементов, на которых восседали ваэрры. Само по себе кресло никуда приспособить было нельзя, но крепилось оно на подставке замысловатой формы. Единственной проблемой было раскурочить ложемент и выдернуть эту подставку из пола. Валерия вернулась к собранным ранее инструментам, вооружилась штырем и двумя тонкими пластинами, углы которых подходили для того, чтобы откручивать шурупы. Штырь она еще раньше окрестила для себя «отверткой». Набора должно было хватить для того, чтобы попытаться разобрать, отломать или открутить что угодно. «Если только там есть, что крутить», — скептически заметила Валерия и решительно направилась к ложементу.

Внимательно осмотрев конструкцию кресла, девушка задумалась. Ничего похожего на крепления или шурупы видно не было.

— Плохо, — хмыкнула она себе под нос, — нужно, чтобы было. Ладно, поищем щели.

Более тщательный визуальный осмотр также ничего не дал. Кресло, казалось, было монолитной конструкцией. Более того, эта монолитная конструкция была прямым продолжением корабля. Складывалось ощущение, что все вокруг — и столы, и кресла и штативы — были в пол не вмонтированы, а просто выросли из него, как деревья.

— Ну, так деревья можно и выкорчевать, — решила Мирская и попыталась проверить всю конструкцию на прочность. Она навалилась на кресло всем телом и почувствовала, как оно поддается, немного прогибаясь под ее весом. Жаль только, веса явно не хватало.

— Ладно, ломать — не строить, — решила девушка и принялась раскачивать кресло.

На то, чтобы расшатать всю конструкцию, ушло минут сорок. Валерия работала истово и решительно, дав самой себе зарок, что за час сломает это чертово кресло. Уже через десять минут интенсивной работы она почувствовала, как забиваются мышцы, со лба градом катится пот, застилая глаза, которые еще и нещадно щиплет от соли. В итоге обессиленная девушка прекратила свои тщетные попытки и рухнула на колени рядом с креслом. Все, чего она добилась, это незначительный люфт ножки ложемента. Правда, теперь между полом и ножкой появилась небольшая щель, а значит, конструкция кресла все же не была монолитной. Уже хоть что-то.

В образовавшуюся щель Валерия просунула одну из пластин, добытых ранее, собралась с силами и продолжила раскачивать кресло. Когда щель увеличилась, она впихнула туда еще одну пластину, затем еще одну и еще. Наконец все пластины были израсходованы, и Валерия отошла, чтобы оценить результат. Кресло наклонилось от первоначальной оси лишь на пару градусов.

— Нужно тактику менять, — решила девушка и пошла за своей веревкой.

Она привязала один конец каната к верхней точке кресла (пригодились прорези в подголовнике), затем пропустила канат последовательно между двумя ножками соседних кресел. Ткань свободно скользила по гладкой поверхности ножек, получилось некое подобие блока. Была идея состряпать подвижный блок, но подходящего материала для ходовой его части под рукой не оказалось. Придется довольствоваться тем, что есть.

Неподвижность блока не сулила Валерии существенной прибавки к силе, но это все же было лучше, чем ничего. Она заняла удобное положение на полу, уперлась ногами в два свободных кресла и принялась тянуть канат. И дело сдвинулось с мертвой точки — уже через пять минут кресло значительно накренилось. Послышался хруст ломающихся креплений, и Валерия прекратила работу.

Результат был налицо. Когда девушка подошла к накренившемуся креслу, оказалось, что теперь оно свободно болтается в гнезде крепления на полу. Доломать конструкцию было уже делом техники и упрямства.

— Есть! — торжествующе вскинула руки Мирская, когда на пол перед ней упало выкорчеванное с корнем кресло.

Оказалось, что крепилось оно на длинном металлическом штыре, который теперь беспомощно болтался в нижней части ножки кресла. Валерия пригляделась и обнаружила на нем резьбу.

— Вот я курица тупая! — в сердцах обругала себя Валерия. Кресло можно было просто выкрутить из пола! Кроме того, штырь этот она умудрилась погнуть. Вывернув его из ножки, Валерия прикинула его вес и поняла, что лучшего крюка уже не найдет. Она догнула крюк об угол стола: металл поддавался, что не могло не радовать. Дело оставалось за малым — привязать крюк понадежнее и начать испытания. Но сперва — уборка, ей не хотелось оставлять все инструменты на полу возле раскуроченного кресла. Она собрала все свое богатство, включая те странные пластины, которые использовала как клинья, и сложила вещи в одном месте. Временную штаб-квартиру Валерия решила организовать прямо в коридоре со светящимися кругами — и к «Осирису» ближе, и какой-никакой источник света имеется. Смущало лишь наличие жутковатого соседа в пятой комнате, но о разобранном на части репликанте Валерия старалась не думать. В ее ситуации нужно было сосредоточиться лишь на одном — на выживании.

Уже через пять минут девушка стояла на краю обрыва возле ангара, где покоился «Осирис». В слабом свете трех кристаллов очертания открытого шлюза в корпусе корабля были едва заметны.

— Прорвемся… — уверенно сказала она и, привязав свободный конец веревки к ноге, замахнулась крюком для броска.

Сказать, что Валерия была разочарована — не сказать ничего. Нет, план был хорошим, и крюк регулярно долетал до «Осириса». Валерия быстро освоила технику броска, и теперь почти каждая попытка завершалась тем, что крюк вместе с канатом залетал в черную дыру шлюза. Проблема крылась в другом: внутри шлюза крюку решительно не за что было зацепиться. Он раз за разом скользил по полу шлюзовой камеры и проваливался в черную бездну ангара. Девушка подтягивала его к себе и повторяла попытку. Раз за разом она попадала куда следует, но крюк, словно издеваясь над ее усердием, с легким скрежетом скользил по полу шлюза и падал в пропасть. Долетал, скользил, падал. И так — раз за разом, попытка за попыткой.

Наконец Валерия выбилась из сил и стала все чаще промахиваться. Крюк попадал то в корпус корабля, то в сам шлюз, а то и вовсе не долетал до «Осириса». Когда таких недолетов стало больше, чем удачных бросков, Валерия прекратила свои бесплодные попытки.

— Этот сизифов труд ни к чему не приведет, — пробормотала она сама себе, отдышавшись. Другая, более упрямая версия Мирской посмотрела на себя с укором. — Но там не за что цепляться! — ответила девушка себе же, словно оправдывая завершение попыток. — Даже если какая-нибудь из попыток увенчается успехом и крюку удастся каким-то чудом зафиксироваться у края шлюза, я не рискну доверить такому креплению свою жизнь. Это бессмысленная трата времени и сил.

Нужно было искать иное решение. Но что можно придумать на корабле, где практически ничего нет? Девушка уже успела исследовать все доступные локации крейсера ваэрров. Все ли? Тут Валерия замерла. А вот и не все! Ей был доступен еще один отсек, но туда ей меньше всего хотелось заходить.

— Неужели там может быть что-то полезное?

Валерия не хотела признаваться себе в том, что пытается оправдать свой страх перед кунсткамерой. Ей действительно совсем не хотелось туда идти. Она предполагала, что в отсутствии энергии на корабле все жуткие экспонаты пыточной комнаты ваэрров перестали парить в воздухе стройными рядами и валяются теперь на полу грудой мяса, костей и другого биологического материала.

— Сколько времени прошло с момента аварии? Сутки, двое? Должно быть, этот бедолага уж и разлагаться начал, — девушка уже минуты две сидела и тупо пялилась в пустоту ангара. В отсутствие какой-либо деятельности ее начала обволакивать звонкая тишина. Уже через десять минут эта тишина начала угнетать Валерию, а еще через пять — пугать. — Да чтоб тебя! — выругалась она в сердцах и резко встала. Нужно было хоть что-то делать, все равно что, лишь бы не слушать эту проклятую тишину. Так и свихнуться недолго.

Последний довод, подтолкнувший ее продолжать действовать, был до безобразия простым — она не простит саму себя, если погибнет из-за собственной трусости. Валерии почему-то казалось, что после смерти ей обязательно покажут все возможные варианты спасения, которые она упустила. Кто покажет, в каком виде, она не знала. Но знала, что попросту сгорит со стыда, если на этом итоговом разборе полетов окажется, что она не воспользовалась всеми предоставленными ей шансами.

Одному Богу известно, каких усилий стоило девушке заставить себя пойти в кунсткамеру. Медленно подошла к пятому отсеку. За последние сутки она проходила мимо него не менее двух десятков раз и даже не заглянула туда. Откровенно говоря, Валерия даже не знала, чего боится больше — увидеть там груды фарша или же стройно висящие в воздухе органы и системы репликанта с «Осириса».

Рабочим оказался второй вариант, и Валерия оказалась к нему не готова. Войдя в пятый отсек, она обнаружила там все того же разобранного на части репликанта. В тусклом свете голубого кристалла обстановка в этом отсеке показалась Валерии еще более зловещей. Девушка вновь обошла отсек, буквально заставляя себя смотреть на замученное существо. Назвать человеком это наглядное пособие по анатомии язык не поворачивался.

— Не развалился, значит… — тихо поприветствовала репликанта Валерия и сделала шаг вглубь помещения. Она буквально заставляла себя говорить вслух, иначе жуткий антураж и звенящая тишина свели бы ее с ума раньше, чем она доберется до «Осириса».

Как и в прошлый раз, Мирская застыла перед нервной системой, которая состояла из парящего в воздухе мозга с вынесенными чуть вперед глазами на двух длинных зрительных нервах. Девушка медленно осмотрела препарат. От мозга вниз уходил продолговатый мозг, плавно переходящий в спинной. От спинного мозга, ветвясь и утончаясь к периферии, отходили канатики чувствительных и двигательных нервов.