Верховный Главнокомандующий, И. Сталин».
[ЦВМА, ф. шт., д. 783, л. 115]
Обратите внимание – Сталин не требует, не приказывает.
Сталин на этот раз – просит!
Просит защитников Одессы продержаться еще хотя бы 6–7 дней!
Вот как, оказывается, ему нужна «героическая оборона» Одессы.
Ну вот и «образовалось»!
Просьбу Сталина выполнили – продержались…
Но и он выполнил свое обещание: 17 сентября, на рассвете, в Одессу прибыла 157-я кадровая стрелковая дивизия – 12 600 бойцов, 70 орудий и 15 танков.
Ну вот и «образовалось»!
А вы говорили: «Не обра-зует-ся! Не может образо-вать-ся!»
Суда входили в порт один за другим под непрестанной бомбежкой и артобстрелом, но молодые бойцы спускались по трапу спокойно и неторопливо, с винтовками наперевес, гранатами у пояса и… баянами через плечо.
Во всяком случае, именно так описал прибытие помощи корреспондент «Красной Звезды» Константин Симонов, которого, видимо, особенно поразили баяны – ведь эти ребята уже через несколько дней будут участвовать в контрударе и многие, скорее всего, не выйдут живыми из боя[88].
И правда, 22 сентября начался контрудар, включавший тот самый Григорьевский морской десант, который произвел такое тяжелое впечатление на Антонеску.
Контрудар был действительно успешным, и мы вам уже рассказывали, в какой неописуемый ужас привела румынских вояк наша «Полундра».
А как ликовали одесситы, когда опаленные боем моряки провезли по улицам две трофейные пушки и одесские пацаны распевали новые частушки: «Закипела мамалыга, полетела из горшка, – знать, ее мешала крепко краснофлотская рука».
На пушках было написано мелом: «Больше по Одессе стрелять не будет!»
И пушки действительно, кажется, «перестали стрелять», поскольку снарядов как будто бы стало поменьше.
Ну вот – теперь уже точно: все будет хорошо!
Странно!
Из сегодняшнего далека нам трудно понять, откуда такая невероятная уверенность?
Нам трудно понять, что думали, что чувствовали в эти дни наши родные.
Нам трудно понять, что думали, что чувствовали евреи Одессы.
Почему они думали, что «все будет хорошо»?
Почему бездействовали?
Ведь счет уже шел на дни, на часы!
Ну да, конечно, эвакуации все мы не подлежали и ни на какой корабль нас бы не пропустили. Но были же и другие возможности, другие пути!
Можно было пробраться в окрестные села – Усатово, Нерубайское.
Можно было купить какие-то липовые документы.
Можно было, в конце концов, отдать нас, детей, каким-нибудь «добрым людям».
[88] Симонов Константин. 100 суток войны. Смоленск: Русич, 1999.