Психологическая подготовка парашютиста: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Изучая течение трудовых процессов, М. И. Виноградов установил, что в его основе лежит наиболее полноценное возбужденное состояние нервной системы, которое он характеризовал, как «предупредительную иннервацию». У рабочего она проявляется при непосредственном ожидании трудовой деятельности, даже привычной, выполняемой ежедневно. Физиологическая сущность этого предрабочего состояния выражается в подготовке организма к действию, в создании наилучших, наивыгоднейших (оптимальных) условий для последующей активности. Существенно важно, чтобы выраженность «предупредительной иннервации» наиболее полно соответствовала объему и характеру предстоящей деятельности, так как ее недостаточность затрудняет вхождение в работу, а чрезмерность ведет к преждевременному утомлению.

Аналогичная реакция свойственна и спортсменам накануне соревнований, ответственных выступлений. В спортивной психологии она именуется предстартовым состоянием.

У начинающего парашютиста предстартовое состояние включает, кроме того, осознание элементов опасности, которые сопровождают прыжок с большой высоты.

Реакция человеческого организма в предвидении незнакомой, очень ответственной и опасной деятельности названа «рефлексом настораживания или подготовки». Отличается она тем, что предшествующая физиологическая подготовка организма к действию сопровождается одновременными проявлениями пассивно-оборонительного рефлекса, вызванного осознанием опасности. В данном случае наряду с общим повышением активности нервной деятельности в коре мозга усиливаются и тормозные процессы. Соотношение этих процессов обусловлено индивидуальными особенностями человека и характером ожидаемых событий. Эмоциональные состояния, сопровождающие ожидание опасной деятельности, крайне разнообразны, начиная от легких степеней возбуждения с переживанием неуверенности, сомнения или тревоги, вплоть до выраженной заторможенности, подавленности и страха.

Во время подготовки к прыжку эмоциональное со стояние парашютиста еще четко, психологически не выражает страха высоты. Но вот спортсмен на старте. Здесь он впервые надевает парашют и подгоняет подвесную систему уже не с целью наземной тренировки, а для выполнения ознакомительного прыжка. Страх высоты, как сознательное, так и безотчетное эмоциональное переживание, приобретает реальное основание и выступает на первый план. Проявляется он не только внутренне, но и внешне: в мимике и осанке, в мышечных движениях и речи.

С развитием парашютизма стартовые состояния неоднократно служили темой медицинских и психологических исследований. Так, еще в 1934 году В. А. Горовой-Шалтан, изучая предпрыжковые состояния, выделил среди них три наиболее общих типа реакции. У одних спортсменов он отличал выраженное двигательное возбуждение, приподнятое настроение, говорливость, легкую отвлекаемость внимания и и трудность его сосредоточения. Все это приводило к нарушениям отчетливой ориентировки в окружающем и обычного хода мышления. У других при тех же обстоятельствах наблюдалась некоторая заторможенность и сосредоточенность, нередко с оттенком угнетения или безразличия по отношению к окружающему. В редких случаях заторможенность оказывалась настолько сильной, что напоминала ступорообразное со стояние с явлениями ясного общего угнетения психики и почти полной безучастностью к окружающему.

Кроме того, автор различал и третью группу со смешанной формой реакции.

Обследуя парашютистов на старте, он обнаружил следующие наиболее типичные преходящие изменения в нервной системе и в работе внутренних органов:

1. Нарушение координации движений и статического равновесия с заметным повышением сухожильных рефлексов. Появление некоторых необычных рефлексов, вызванных уменьшением тормозящего влияния коры головного мозга на подкорковые отделы.

2. Изменение чувствительности (чаще всего повышение), с одной стороны, и наклонности к образовании различных обманчивых восприятий — с другой.

3. Ряд вегетативных реакций: изменения ритма и характера сердцебиений, сосудодвигательных и секреторных проявлений (расширенные зрачки, тошнота, частые позывы на мочеиспускание и пр.).

В. Е. Макаров, изучая поведение будущих парашютистов при тренировочных облетах, выделил четыре типа реакций. Первый тип — возбужденно-оживленные реактивные состояния (76 %) — положительная реакция на тренировочный облет. Второй — боязливо-тревожные реактивные состояния (14 %) — определен как отрицательное облетное психофизиологическое последствие, сопровождающееся пониженным самочувствием и аппетитом, плохим сном. Третий — симптоматически-угнетенные реактивные состояния (3 %) — протекал как «морская болезнь». Люди с этой реакцией считались недостаточно подготовленными к парашютным прыжкам. Последний, четвертый тип смешанные реактивные состояния (14 %) — включал в себя отдельные признаки всех предыдущих типов реакций.

Мы не рассматриваем здесь другие работы, посвященные этому вопросу, так как на практике инструктору удобнее использовать классификацию стартовых состояний, общепринятую в спортивной психологии.

Наиболее благоприятное стартовое состояние парашютиста — так называемое «боевое возбуждение». Его физиологической предпосылкой является достаточное уравновешивание усиливающихся возбудительных процессов центральной нервной системы тормозными. Здесь наилучшим образом сочетаются все необходимые для предстоящей деятельности условия: повышение физической работоспособности, наличие стенических эмоций, обострение процессов восприятия и мышления, увеличение объема внимания с хорошей сосредоточенностью. Парашютист в состоянии «боевой готовности» выглядит более возбужденным, чем обычно, однако не проявляет излишней суетливости. Его движения энергичны и достаточно координированны, выполнение команд своевременное и точное.

Менее благоприятно состояние «стартовой лихорадки», когда спортсмен чрезмерно возбужден. Физиологически оно обусловлено бурным протеканием возбудительных процессов при одновременном ослаблении тормозных. Лица в этом состоянии испытывают сильное волнение, выглядят суетливыми, как правило, они невнимательны, рассеянны, забывчивы. Начинающий парашютист в это время может забыть правила отделения от самолета, поведения в воздухе и приземления, несмотря на то, что хорошо их усвоил при наземных тренировках. Причиной развития «стартовой лихорадки» могут быть индивидуальные особенности нервной деятельности человека, физическое утомление, недостаточная наземная подготовка.

Крайне неблагоприятным состоянием является «стартовая апатия». Она характеризуется вялостью психических процессов, снижением возбудимости, доходящей иногда до сонливости, плохим настроением, молчаливостью, малоподвижностью, отсутствием желания совершить прыжок. Эти признаки свидетельствуют о наступлении перевозбуждения нервных клеток головного мозга, в результате чего они впадают в тормозное состояние. Нарастание тормозных процессов влечет за собой угнетение психической активности, ухудшение координации произвольных движений, нарушение работы сердечно-сосудистой системы. Вот почему во время «стартовой апатии» физические возможности парашютиста резко снижены, а его действия часто определяются инстинктивными побуждениями, вызванными страхом высоты. Это стартовое состояние может развиться вследствие неблагоприятных индивидуальных особенностей типа высшей нервной деятельности спортсмена, в результате недостаточной подготовленности к прыжку, при утомлении, наступающем иногда от длительного пребывания парашютиста на старте в ожидании прыжка.

Психофизиологические изменения при «стартовой апатии» создают предпосылки для различных установочных реакций. Выраженная заторможенность коры головного мозга может привести к нарушению процессов восприятия, вплоть до парадоксальных явлений, когда слабые внешние раздражения оказываются более действенными, чем сильные. У парашютиста это проявляется например, в том, что он не обращает внимания на громкие команды инструктора, гул моторов самолета и пр. и в то же время отчетливо воспринимает и прочно запоминает ничего не значащие мелочи, второстепенные детали окружающей обстановки. В данном случае неосторожное замечание инструктора, неудачная реплика или же необдуманное действие товарища могут произвести весьма сильное влияние на психику спортсмена, невольно закрепиться в памяти и образовать установочную психогенную реакцию страха высоты.

В заключение необходимо подчеркнуть, что обычное стартовое состояние парашютиста — это «боевое возбуждение». «Стартовая лихорадка» и «стартовая апатия» представляют собой более или менее выраженное нарушение нормального «рефлекса подготовки». Чаще всего они развиваются у спортсменов, в процессе обучения которых были нарушены основные принципы психологической подготовки к прыжку; индивидуальный подход и последовательность в обучении. Инструктор обязан детально выяснить причины отклонений от нормальных стартовых состояний. Там, где они кроются в недостаточной подготовленности к прыжку, необходимо продумать и наметить план индивидуальной работы.

При наличии у начинающего парашютиста чрезмерно выраженных неблагоприятных типов стартовых состояний его необходимо отстранить от прыжка. Однако к этому решению нельзя подходить слишком опрометчиво. Необоснованное отстранение новичка наносит большой ущерб его самолюбию, подрывает веру в свои силы и в дальнейшем может явиться причиной стойкого отрицательного отношения к парашютизму.

В предыдущем разделе говорилось о том, что физиологическую основу предстартового и стартового эмоционального состояния парашютиста составляет господствующий очаг возбуждения в центральной нервной системе. Он возникает по механизму условного рефлекса, а пусковым рычагом для его формирования служат многочисленные условные раздражители, поступающие из внешней среды через первую и вторую сигнальные системы. С физиологической точки зрения вся сумма специальных знаний, сведений, действий и навыков, полученная спортсменом при подготовке к ознакомительному прыжку, и есть тот комплекс раздражений, который приводит к образованию господствующего очага возбуждения и все время поддерживает его достаточную активность. В предстартовом и стартовом периоде возбудительные процессы распространяются из этого очага на остальные отделы головного мозга и подготавливают организм к ожидаемой деятельности.

По мере приближения прыжка процессы возбуждения в коре головного мозга и подкорке начинают концентрироваться в тех отделах, функционирование которых физиологически «обеспечивает» парашютный прыжок.

Согласно закону индукции наличие в коре сильных ограниченных очагов возбуждения ведет к образованию выраженного торможения на остальных ее участках. И. П Павлов установил, что кора головного мозга из бесчисленного множества раздражений, которым подвергается организм, в каждым отдельный момент воспринимает лишь жизненно важные и в то же время задерживает остальные, неактуальные. Таким образом организм избавляется от ненужных реакций. Чем сильнее процесс возбуждения в очаге обеспечивающем текущую деятельность организма, тем интенсивнее торможение и в остальных участках коры, активность которых не обязательна в данный момент.

Зная эту психофизиологическую закономерность, нетрудно понять, почему после ознакомительного прыжка начинающий парашютист очень часто не может отчетливо вспомнить всех деталей обстановки, предшествовавшей отделению от летательного аппарата. Сильное сосредоточение внимания на прыжке с непривычной высоты, эмоциональное напряжение, вызванное волевым преодолением пассивно-оборонительного рефлекса, вполне закономерно оставляют вне сферы сознания второстепенные детали. Тем не менее это обстоятельство нередко смущает начинающего парашютиста, подрывает в нем веру в свои спортивные возможности. Чтобы избежать подобных переживаний, необходимо разъяснять спортсменам психологический механизм «сужения» объема сознания при первых прыжках, показывать пользу наземных тренировок для их устранения.

Особенностью психологического состояния человека во время прыжка занимались многие психологи и физиологи. Так. В. А. Горовой-Шалтан отмечал, что в момент отрыва от самолета и свободного падения у спортсмена наступает некоторое «сужение сознания», которое М. М Гордон рассматривал как своеобразный эмоциональный шок, не мешающий, однако, парашютисту самостоятельно выдернуть кольцо и раскрыть парашют. В 1940 году X. Т. Арский стремился экспериментальным путем выяснить соотношение возбудительных и тормозных процессов в центральной нервной системе парашютиста в момент прыжка. Для этого он предварительно вырабатывал у спортсменов специальные условные рефлексы и проверял, как они проявляются при прыжке с парашютной вышки. В результате его опытов установлено, что наибольшее торможение функций коры головного мозга (а значит и «сужение сознания») происходит именно в момент отделения от вышки.

Надо сказать, что сильное корковое торможение, развивающееся в момент прыжка, в отдельных случаях может вызвать у спортсмена пассивно-оборонительный рефлекс в его наихудшем виде. Очень ярко описал это в своей книге В. Г. Романюк.

«…В другой раз мне пришлось наблюдать не менее поучительный случай. Тогда я по просьбе Осоавиахима («сбрасывал» парашютистов, подготовленных из рабочей и учащейся молодежи. Эти юноши и девушки еще не получили закалки. Наблюдая за ними, я думал, что такой «перворазник», не имея достаточной психологической подготовки, выйдя на крыло самолета и оказавшись над пропастью, может забыть многое: кто он такой, как его зовут и т. д., но о кольце, о том, что его надо выдернуть, будет помнить непременно.

И это мое убеждение поколебал врач, всегда присутствующий при прыжках. Он увлекся парашютизмом и пожелал не только провожать людей в полет, но и выполнить прыжок. Разрешение было получено.

В день прыжков врач пришел на старт раньше всех. Когда парашютисты перед полетом выстроились, он выслушал у них пульс, потом отошел в сторону и принялся считать удары собственного сердца.

…Когда самолет набрал нужную высоту и прилетел в зону прыжков, я убрал газ мотора и дал спортсмену команду приготовиться. Задевая ранцами парашютов за край кабины, врач вылез на крыло и встал на самом его краю. «Левой рукой он держался за борт самолета, а правой за вытяжное кольцо парашюта.

— Пошел! — скомандовал я.