Мужчины вздрогнули и уставились на нее с явным непониманием.
- Обычное явление. Катя думает, что Иван убил на нашем заводе всех, включая неопознанного китайца.
- Что?! – в один голос вскричали Тарасов с Рубцовым.
- А чего вы удивляетесь, - она пожала плечами и, дойдя до середины стола, села на стул, - Иван любыми способами хотел завладеть заводом. И, в конце концов, нашел весьма удачный вариант дискредитировать тебя, Тимочка, как руководителя. Ну, неужели ты не догадался, что единственный, кто мог организовать кражу мяса на заводе и раскрытие ее же – это твой брат?! Более того, он единственный, кому по всем статьям это было выгодно. Полгода назад он подбил главного бухгалтера Барсукова и технолога Подстригаева на махинации, в результате которой выходила партия никем неучтенной, лишней колбасы. Ее нужно было куда-то сбывать. Иван через свою фирму-однодневку организовал поставку этой колбасы на оптовый склад. Ну, вот в ту самую компанию, на которую вы нашли накладные. Помните?
- «Рубанов»! – опять в один голос вскрикнули Рубцов и Тарасов.
Иван съежился. Катерина перестала рыдать и затаилась, исподлобья глядя на красивую блондинку, подтверждающую ее страшные догадки. На мужа она старалась не смотреть.
Марго болезненно поморщилась, словно с силой извлекала нужные мысли из беспорядочного хаоса в своей голове. С видимым трудом мысли отыскались, и она продолжила:
- Барсуков и его подопечный Подстригаев воодушевленно ухватились за предложенную идею. Быстренько разработали схему получения лишней колбасы, которой стала недорогая, но и не слишком дешевая Гусарская – очень удобный вариант. Они знали, что заводская лаборатория работала спустя рукава, предоставляя херру Шульцу липовые анализы, а потому им нечего было бояться разоблачения. Вот они и жили полгода, припеваючи, даже не подозревая, что конечным пунктом плана Ивана Тарасова является вовсе не обогащение за счет брата, а раскрытие этого самого преступления. Иван ждал подходящего момента. Чтобы скандал вышел погромче. Ну, вот, спустя полгода он решил, что наворовали уже достаточно, и если эту кражу раскрыть, то совет акционеров, который должен был состояться буквально на днях, узнав о таком безобразии, не допустит дальнейшего пребывания Тимочки в кресле директора.
- Иван? – старший Тарасов растерянно посмотрел на брата.
Тот ничего не ответил.
- Ну, не будет же он голову пеплом теперь посыпать, - усмехнулась Марго и тоже глянула на виновного, - в конце концов, это просто нелогично, учитывая обстоятельства.
- Что б ты в логике-то понимала! - огрызнулся тот.
Марго лишь хмыкнула и продолжила свою речь:
- Когда пришло время, Иван шепнул Густаву, что до него дошли слухи, будто в колбасном цехе крадут мясо. Ну, или что-то в этом роде. В общем, Густав напрягся и начал проверку. Начал с Гусарской колбасы, о которой ему как раз и рассказал Иван. Его план был предельно прост. К совету акционеров скандал лишь получил бы огласку. Но раскрыть это преступление еще не успели. Полетели бы головы. Отстранили бы директора, начальника службы безопасности, чего он и добивался. Управлять заводом поставили бы Ивана, поскольку больше некого. Я, конечно, предложила бы свою кандидатуру, но меня бы вряд ли избрали. Таким образом, младший Тарасов получил бы бразды правления, а дальше, либо поувольнял бы виновных, либо замял инцидент.
- Ну, зачем же нужно было всех убивать?! – пробормотала Катерина.
- С чего ты взяла, что это я убил? – удивился Иван.
- Ну, как же… ты говорил по телефону, что остался всего один свидетель – Барсуков. Но ты решишь эту проблему… Я все слышала.
- Так ты из-за этого сбежала из дома?! – воскликнул брошенный муж.
- А ты полагаешь, я должна воспитывать детей рядом с серийным убийцей? Я тебе верила, я родила от тебя сына и дочь, а ты… - она снова всхлипнула.
Марго усмехнулась и покачала головой:
- Конечно, все говорит за то, что именно Иван убил всех на заводе.
- Да ты совсем спятила?! – тот вскочил в порыве чувств, - Ты себя-то слышишь?
- Но пистолет ты зачем-то стащил из кабинета! – Марго смотрела на него, не отрываясь.
Под взглядом ее синих глаз, в этот момент излучающих холодную уверенность, он медленно опустился обратно на стул и сник.
***
Тамара решительно вошла в цех мясных деликатесов, и тут силы ее покинули. Дело в том, что от дамской комнаты до дверей цеха она настраивала себя на серьезный разговор с Сазоновым, придумывая приемлемые варианты его начала. В голове ее роились десятки заготовленных первых фраз от деликатной: «Мне нужно с вами серьезно поговорить» до вопроса в лоб: «Это правда, что вы убили половину работников нашего комбината?». Однако, когда она очутилась в нужном месте, все эти фразы улетучились из головы, и их место занял один единственный насущный вопрос: «Что я тут делаю?!».
Кроме всего прочего, она не была слишком уверена в своей внешности, изрядно подмоченной слезами, да и сломанный каблук, ежесекундно подгибающийся, не придавал ей сил. А когда женщина не уверена, что выглядит на все 100, она не любит затевать серьезные разбирательства. В общем, Тамаре стало не по себе, едва она перешагнула порог цеха, в котором работал ее возлюбленный. Она словно увидела себя со стороны: припухшее лицо, кое-как замазанное косметикой, сломанный каблук, следы воды на блузке, - в таком виде уж лучше отсидеться в дамской комнате до конца рабочего дня, а не являться на глаза человеку, который тебе безмерно нравится.
Подумав так, она попятилась назад, но дверь уже захлопнулась, и ей ничего не оставалось, как стыдливо припасть спиной к стене, ловя на себе заинтересованные взгляды подчиненных Сазонова. Тем временем работа у разделочных столов остановилась, мужчины с огромными ножами застыли, вопросительно глядя на нее.
- Ну, в чем дело! – недовольно крикнул Андрей, который стоял к ней спиной.
Тамара вздрогнула и начала судорожно нащупывать ручку двери, чтобы скрыться до того, как он повернется. И опоздала. Он увидал, и пошел к ней широкими шагами.