- Я не читаю Космополитен! – призналась Тамара.
- И в этом ваша большая ошибка. Там пишут умные вещи, так необходимые в обыденной жизни. Вот вы, верно, увлекаетесь беллетристикой, и зачитываетесь какими-нибудь книжонками Достоевского или, прости. Господи, Пауло Каэльо, а между тем уже третий день на вас лица нет. Разве может женщина позволить себе такие вольности? Да ни один Достоевский не даст вам ответ на вопрос, как быть счастливой. Они вон сами все вопрошали «Как быть?», да «Что делать?». И от таких доходяг вы хотите понабраться ума? Нет, ума и жизненной мудрости стоит брать там, где все это дают.
Такой подход к литературе секретаршу рассмешил. Она и представить себе не могла, что произведения великих авторов можно обсуждать в подобном ключе. Она улыбнулась, забыв про рыдания.
- Неужели в вашем Космополитене дают советы, как стать счастливой?
- И весьма практичные, - уверенно кивнула Марго.
- Интересно… - Тамара на секунду задумалась, потом спросила, - И что бы посоветовал ваш журнал девушке, которая оказалась меж двух убийц, причем в одного она безумно влюблена?
Марго склонила голову на бок, закусила губу, поразмышляла и, наконец, произнесла:
- Я про такое не читала, но лично я пошла бы в милицию.
- Но вы прослушали, одного из убийц я люблю, а другой… другой может и не убийца. Просто шантажист.
- А почему вы решили, что тот, кого вы любите, убийца?
Тамара опять всхлипнула.
- Андрей сам мне сказал.
- Андрей? – на сей раз удивилась Марго, - И кого же он убил, по-вашему?
- Всех, - ответила секретарша.
- Что, совсем всех?! Даже президента Кеннеди? Но как можно влюбиться в такое чудовище? Немедленно выкиньте его из головы!
- Да нет… - Тамара вздохнула, - Всех, кого убили на нашем заводе за последнюю неделю. И китайца, и лаборанта, и охранника, и технолога, и даже системного администратора.
Марго опять задумалась. На этот раз она размышляла намного дольше. Тамара успела снова разреветься.
- Послушайте, - она тронула ее за плечо, - Я еще могу допустить, что Андрей мог убить китайца, и даже лаборанта с охранником, хотя я не понимаю, зачем ему это нужно. Но убить технолога Подстригаева он никак не мог. Весь этот день мы были вместе. И если бы он кого-нибудь убивал, я бы непременно заметила. Конечно, обо мне ходят всякие нелепые слухи, что я не замечаю людей и тому подобное… Но не заметить того, что один человек в моем присутствии стреляет в голову другому, я бы просто не смогла.
- Вы в этот день были вместе? – Тамара уставилась на нее, забыв про рыдания, - Вы и Андрей? Весь день?!
- Ну, да… Он таскался за мной повсюду. И мы расстались уже за полночь.
- Андрей Сазонов таскался за вами повсюду?! – округлила глаза Тамара.
- Сазонов? Вы считаете, что его фамилия Сазонов? Мне он представился как Нарышкин. Хотя, все может быть…
- Уф… - Тамара едва не упала лицом в умывальник. Удержавшись на руках, она объяснила, - Мы говорим о разных Андреях. Вы о своем Нарышкине, я о Сазонове, который работает в цехе мясных деликатесов. И вы, скорее всего, его даже не знаете.
- А… - понимающе кивнула Марго, - Ну, в таком случае, он, конечно, мог убить кого угодно.
- Вам легко говорить, - пробормотала секретарша и снова плеснула в лицо холодной водой.
- Послушайте, неужели ваш Андрей Сазонов пришел и вот так просто рассказал, что он всех убил? Это же, по меньшей мере, странно. Обычно мужчины скрывают такие факты своей биографии.
- А он вот не смог скрыть. Он страдает.
- Еще бы! – Марго взяла Тамару за руку и отодвинула от умывальника, - Да перестаньте вы нырять в эту воду! Во-первых, она не слишком уж экологически чистая. Знаете, сколько там примесей, которые вредны для кожи? Во-вторых, ваши хлюпанье и фырканье мешают нам говорить.
Секретарша послушно отошла в сторону и, вытащив из рукава носовой платок, принялась вытирать лицо. Марго смотрела на это с плохо скрытым недоумением. Она никогда бы не позволила себе находиться в общественном месте в таком плачевном состоянии. Наконец, в ней пробудились зачатки женской солидарности, она покопалась в сумочке и, выудив из нее косметичку, протянула ее девушке:
- Держите. Вам не стоит появляться на людях с таким лицом.