Потом поднялся, прошелся по клетке.
Слегка отпустило.
Да каким боком шпион? Никогда не собирался им становиться! И вообще не давал свое согласие на это! Но тут же осекся: с чего я так уверен, что не давал? Я ведь ни черта о себе не помню!
И что еще за искусственная личность в моей голове?
Походив туда-сюда я более-менее успокоился. Был один плюс: хотя бы я знаю, что меня зовут Паша. Прогресс.
Ладно, игнорим, едем дальше. Сел на лавку, взял себя в руки. Получилось это плохо, но хотя бы паника прошла. И подумал, раз уж я попал в непонятную ситуацию, надо начинать в ней разбираться. Пожалуй, стоит начать с какого рожна все началось. Интуитивно сделал движение рукой вверх и дотронулся до иконки «Сведения». В тот же миг перед моими глазами выпало небольшое меню с двумя кнопками: «Подробнее о СССР», «Причины и цели спецоперации», «Отменить».
Начнем со второй. После того, как я нажал на копку, появился текст.
Я усмехнулся, ну и название придумали! Ладно, читаем дальше.
Как только я дочитал последнее предложение, текст исчез.
Интересная картины вырисовывается. То есть получается, что я на стороне захватчиков? Как бы я плохо к этому не относился, сейчас разводить бурные размышления об этом ни к чему. Как-нибудь потом, когда выберусь на свободу.
Так, что там с копкой «Подробнее о СССР»? Нажав на нее, получил текст.
Что ж, все еще хуже, чем я ожидал. По крайней мере спасибо на том, что удосужились дать краткую информацию о том, что со мной происходит и куда я вообще попал.
Эя сообщила:
— «Рекомендую двигаться к точке сбора. Приоритет задачи — наивысший».
И без тебя знаю, что наивысший! Нет желания быть убитым электроразрядом в мозг.
Так, так, так. Что делать-то? Я принялся судорожно перебирать возможные варианты побега. Ход моих мыслей прервал подошедший к клетке лейтенант. Он открыл дверь и скомандовал:
— На выход!
Меня снова привели в кабинет лейтенанта, разумеется, надев наручники. Мент подвел меня к тому же стулу, и я сел. Когда милиционер занял свое место за столом, проговорил:
— Тут выяснилось, что ориентировка на тебя есть, — и взяв со стола ориентировку, стал изучать ее с несколько секунд. Потом поднял на меня глаза. — Как я сразу не догадался, что ты псих? Пишут, что ты буйный, ха, а не похоже, что таковой. Молчишь, как рыба об лед! Но вот рожа точь-в-точь. Никогда еще с психами не работал. Что ж, как говорится, все когда-то бывает в первый раз.
Лейтенант отложил ориентировку на край стола и закурил.
— Можешь радоваться, скоро вернешься к себе домой, ну, то есть к корефанам своим. Сообщил про тебя, за тобой уже едут.
На краю стола зазвонил телефон, бледно-желтого цвета, с барабаном для набора номера. Лейтенант снял трубку, выслушал что-то и буркнул:
— Пусть проходит, — и на этом закончил разговор и вернул ее на место.
Спустя миг в кабинет вошла женщина, остановилась на пороге, окинула нас взглядом. Одета в бежевое пальто, а под ним белый верх (блузка), черный низ (юбка до колен). Женщина простучала каблуками до стола, и достав из сумочки красное удостоверение, предъявила лейтенанту. Тот прочитал, что в нем было написано и кивнул.
— Я его забираю, — сказала она, убирая ксиву обратно. Я заметил надпись на обложке: КГБ СССР.
— Хорошо. Как скажете, — проговорил лейтенант.
Женщина бросила на меня взгляд и кивнула мне на дверь, я помедлил с миг и поднялся со стула, замер, не зная, что делать дальше. Незнакомка вернулась к менту и спросила:
— При нем были документы?
— Нет. Вообще ничего. Не знал, что КГБ занимается психами.
— Мы занимаемся всем. Снимите с него наручники, — скомандовала.