– Все в порядке, Мейсон. Это даже прекрасно. Я ждала этого дня.
Я оглядываюсь по сторонам. Кажется, я что-то пропустил.
– Ничего не понимаю.
– Пайпер думает, что она здесь ради меня. Она всегда так считала, и я позволяла ей так думать. Но это очень далеко от истины.
Я свожу вместе брови, прося разъяснений.
– Я знаю, что Пайпер рассказала тебе обо мне. Зная ее, могу предположить, что она сделала это, чтобы ты не задавал вопросов о ней самой. Разве я не права?
– Права. Она была в шоке, когда увидела твоего… – Я закрываю рот и сжимаю губы в тонкую, скорбную линию. Не уверен, что Чарли знает об их столкновении.
– Моего отца, – продолжает она за меня. – Не переживай. Мы с Пайпер все друг другу рассказываем.
Я смотрю на нее из-под ресниц.
Она кивает:
– Да, все.
Я закатываю глаза, услышав этот намек. Но я рад, что у Пайпер есть такая подруга.
Гриффин – это моя Чарли. Мы поддерживали друг друга в весьма тяжелые времена.
– Если ты все про нее знаешь, то, может, ты сможешь мне объяснить, почему она бежит от меня? От всего этого. Неужели действительно потому, что я в тот вечер был там? Или это из-за моей дочери Хейли?
На лице у Чарли появляется теплая улыбка.
– Боже, Мейсон, Хейли просто прелестна. Когда она повзрослеет, тебе придется держать ее на коротком поводке.
– Ты ее видела?
– Ну конечно. Пайпер показывала мне фотографии, которые сделала в парке. – В глазах у нее появляется сострадание. – Пайпер не питает неприязни к детям, как может показаться. Ей просто сложно с ними общаться.
У меня сжимается сердце.
– Значит, что-то все же случилось после изнасилования.
Чарли пожимает плечами.
– Я не вправе тебе об этом рассказывать, – отвечает она. – Но я могу тебе сказать вот что: эта девушка – моя родственная душа. Мы с ней повидали много дерьма. Такого, какого никому не пожелаешь. Но оставаться здесь для нее неправильно. За несколько месяцев с тобой в Нью-Йорке она исцелилась больше, чем за четыре года здесь со мной.
Я открываю рот, потом снова закрываю. Секунд пять я смотрю на нее широко распахнутыми глазами.
– Правда? А у меня возникло ощущение, что я только вернул ее кошмары и разворошил все то дерьмо, которое она пыталась забыть.
– Разве ты не понимаешь, Мейсон? Именно это ей и было нужно. Прежде чем пойти дальше, ей нужно было столкнуться со своими демонами лицом к лицу. Я приняла то, что со мной произошло. Ну как бы приняла. Ну ладно, может, и нет, – закатывает глаза Чарли. – Я, может, и сплю с половиной Европы и всегда буду ненавидеть своих так называемых родителей, но прошлое не контролирует меня так, как оно контролирует Пайпер.
Я делаю глоток остывшего кофе и задумчиво смотрю на нее поверх стаканчика.
– Не важно, – вызывающе прозносит она. – Не надо меня психоанализировать.
Я поднимаю руки в знак капитуляции:
– Я бы ни за что не осмелился.
– Мудрое решение.