— Я правда протянул руку, чтобы коснуться… Твоего лица, приоткрытых губ… Они кажутся такими мягкими и нежными. Насчет кетчупа, это был щит, попытка спрятать собственные эмоции. Прости меня.
В моей жизни никогда не было любви. Нет, конечно, родители и близкие друзья не в счет. Но парня, с которым я бы хотела быть рядом, не мелькало на горизонте. Тот период школьной романтики, который как правило проходит каждый, обошел меня стороной. Ведь как можно влюбиться в девочку, которая сторонится всех, кроме Быкова и Витебской, никуда не выходит из дома, шарахается от тени за углом и робеет на глазах, стоит лишь задать ей вопрос?! Как на выпускном я умудрилась получить свой первый поцелуй, остается загадкой для меня до сих пор. Гоша, капитан футбольной команды школы, ни с того ни с сего признался в симпатии, когда мы стояли на улице под мерцанием растянутой на деревьях гирлянды. Он курил, а я вышла подышать воздухом, от шампанского кружилась голова. Поцелуй был нежный и милый, и я даже не догадывалась, что мой крупный и на вид грубоватый одноклассник может быть таким. Вот только после этого он уехал учиться в Санкт-Петербург, и даже не делал попытки написать. Да и я, не думавшая о нем в ином ключе кроме как о парне, с которым вместе учились, не стремилась к общению.
Оттого чувства, что заполняли меня сейчас, были новы. Пугали. Как и то, что они невозможны.
Я направилась в сторону ванной, чтобы ополоснуть лицо, и привести мысли в упорядоченное состояние. Из зеркала смотрела девушка с пролегшими под глазами синими кругами, с грязными засаленными волосами и покрасневшими на скулах щеками. Хотя последнее можно было отнести к плюсу, румянец сейчас украшал мою постоянно бледную кожу. Встреться мы при других условиях, обворожительный, красивый и веселый Кирилл Графов точно бы не заметил серую мышь Анжелику Афанасьеву.
Я оперлась ладонями на раковину и склонила голову, роняя вниз крупные слезы. Почему все так сложно? Как он мог умереть? Почему судьба поступила с ним так несправедливо? И почему мы не пересеклись раньше? Я стольких призраков встречала, которые бродили и бормотали себе под нос проклятия, пожелания смерти другим, сетовали, что они были больше достойны жизни, чем вон тот алкоголик или девяностолетняя соседка. Это были самые мерзкие духи, и будь у них запах, то я бы чувствовала исходящую от них гниль и смрад. Этот же парень был лучезарный даже после смерти, не держал зла, и спасал от самой себя девушку, которую только недавно узнал. Я и без подключения обоняния скажу, что он пахнет свежим морским бризом с солеными брызгами, сладкой сдобой из печи и полевыми цветами, пригретыми солнцем.
Вытерла полотенцем лицо, промокнула глаза, и вернулась в спальню. Сделала вид, что не слышала его последних фраз за закрытой дверью.
— Если получилось с кафе, может быть, попробуем отправиться еще куда-нибудь? — Спросила, вложив в голос остатки позитива, что плескался на донышке. — Расскажи, где мечтаешь побывать?
— Там, где я еще не был. — Произнес Кирилл, горько усмехнувшись, тон его голоса смутил меня. Никогда еще он не сквозил таким отчаянием и безысходностью.
Я вернулась на место, но картинка на экране не радовала, оставалась лишь фоном. То, что минутами ранее на нас с Графовым нашло, развело сейчас на противоположные стороны кровати.
— Лик, ты видела, как уходит призрак? — Неожиданный вопрос задал парень, когда фильм закончился, и пошли титры.
— Да. — Я невольно напряглась. — Совсем недавно.
— На что это похоже?
— Так взлетает вверх от порыва ветра маленькая снежинка, которая потом будто бы тает от теплоты.
Я заметила, что Кирилл больше не лежит расслабленно, он присел на край кровати, сцепив руки в замок и сложив их на согнутом колене. О чем-то думал, что-то терзало его. Стараясь не прерывать ход его мыслей, тихо выключила планшет и положила на тумбочку.
— Я тоже не могу остаться.
Пять слов как резкий оглушающий удар в набат прямо над головой.
— Что? — Я приподнялась, опираясь на руки и подавшись к нему. Было важно увидеть его взгляд, хотела заметить там смешинки, что так люблю, скинуть прочь тревогу, возникшую из-за его серьезного тона. — Ты же шутишь?
Наверное, в моем голосе было слишком много отчаяния и надежды, потому что Кирилл тут же замерцал пепельно-серебристым.
— Ты влюбляешься в меня. — Очень спокойно сказал парень, при этом глаза его были такие добрые и нежные, что я захлебнулась от вспышки боли в области солнечного сплетения. — Я этого не хотел.
— Не всегда происходит так, как мы хотим. — Сухими губами прошептала я, даже не став отрицать его слов.
— Уж поверь, я знаю это на собственной шкуре. — Он рассмеялся. Но вспышка натянутого веселья была мимолетной, Кир был серьезен сейчас не по годам. — Если я останусь, то для тебя это с каждым днем будет только хуже и хуже. Это уже оставило отпечаток.
Пришел мой черед нервно засмеяться.
— Ты думаешь, что он негативный?! Именно ты сделал мою жизнь лучше. С тобой я начала привыкать к собственной природе. Выбралась из кокона, открыла шире глаза и разглядела мир вокруг. — Я захлебывалась словами. — Призраки больше не вызывают брезгливости и страха, прикосновения посторонних не вызывают панической атаки. Черт, да я мечтаю сейчас прикоснуться к тебе! К привидению!
— Я счастлив, что даже будучи таким смог сделать что-то хорошее в этом мире. — Искренне улыбнулся парень. Свечение вокруг его силуэта сменилось на небесно-голубой, и я заморгала, не веря собственным глазам. Это было очень красиво. — Может, стоило для этого умереть?
Он мне подмигнул, а потом плавно сошел с кровати. Нет, нет, нет.
— Не поступай со мной так… — Сердце гулко билось в груди. — Ты собираешься сказать мне прощай прямо сейчас? Вот так спонтанно?!
— Спонтанно? — Надрывно выдохнул Кир. — Я порывался уйти уже столько раз! Но не мог. Ты стала моим маяком, а не эта квартира. Я жажду тебя как странник воду в песках пустыни! Хочу касаться твоего тела, ощущать сердцебиение под пальцами, вдыхать твой запах! Я даже хотел бы испытывать боль от того, что все это мне недоступно, но не получается! Тут в груди пусто, тихо, и это отвратительно! Хочу любить тебя живым бьющимся сердцем, а не только остатками разума! Ты испытываешь боль за нас двоих, несправедливо! Эгоистично.
— Я испытываю отнюдь не боль! — Я прикусила губу. — Если только совсем малость…
— Пока так, но она будет копиться. Однажды ее станет так много, что в ней можно будет утонуть.
— Прошу, не покидай меня… — Шепот вырывался из моих губ такой тихий, что слышать его могла лишь я сама.