— Взрослый человек пару дней назад под наркотиками разнес приемное отделение госпиталя и чуть не сдался полиции, убегая от фантома, — фыркнув, отмахнулся Ричи.
Я разразился бурным потоком брани в его сторону. Он закатил глаза, и я швырнул в друга подушкой. Правда, едва сам не навернулся на пол. Ричи только покачал головой, с легкостью перехватив перьевой прямоугольник, и, подойдя ко мне, толкнул меня на подушки.
— Не в твоем состоянии со мной бодаться. Придешь в себя через недельку-две, потом подеремся, окей? — добродушно сказал он, положив пострадавшую подушку рядом.
Улыбнувшись, он ушел на кухню, снова загремев посудой, а я продолжал поливать его тоннами грязи. Злость застилала глаза, мне хотелось хорошенько приложить этого парня башкой о стол. Но он был прав: я с кровати-то с трудом мог подняться. Челюсть ныла, готовая накрыть меня болью, как только закончиться действие обезболивающего. Голова гудела, обещая тоже самое. К тому же меня слегка подташнивало. Я задался вопросом, не получил ли я сотрясение после такого удара.
Через полчаса злость угасла. Я смотрел в потолок и думал, как же мне выбраться из этой внезапной передряги. Хотя где-то глубоко в подсознании я и думал, что друг в чем-то прав, но был уверен, что ничего не выйдет.
Ричи вернулся через час, принес мне чашку с каким-то отваром, от которого приятно пахло травами.
— Успокоился ли? — поинтересовался он, присев рядом. Я вздохнул.
— Слушай… может быть я вернусь к Аманде? — неуверенно протянул я. — При ней я всегда старался не перебарщивать с дозой.
— А если всё-таки переборщишь, то всегда можешь остаться у своих друзей, правильно? — Ричи усмехнулся. — А за комнату ты как платить будешь? На панель пойдешь?
Я отвел взгляд, прикусив губу.
— Ну… Работу найду, — едва слышно ответил я. Друг фыркнул.
— Ага, взяли тебя за твои честные глаза с прелестно широкими зрачками. Алекс, брось торговаться со мной.
Я вздохнул. Ну, хотя бы попытался. Спорить уже не хотелось, я дико устал, хотя и проснулся не так давно.
— У меня там сотряса нет после твоего альтернативного задержания? — вяло поинтересовался я, сделав пару глотков. Ричи покачал головой.
— Нет. Ушиб может быть, но не сотряс. Иначе бы я отвез тебя в госпиталь, который ты разнес.
Какие мы предусмотрительные. Я вздохнул, Ричи перехватил чашку, едва не выскользнувшую из моих пальцев.
— Ты-то откуда знаешь?
— У меня были сотрясения, просто поверь, я знаю. Отдыхай, Ал.
Я только промычал в ответ что-то невнятное, закрыв глаза. У меня было подозрение, что это не просто травяной отвар. А может быть и он. К черту всё, мне просто хотелось спать.
***
— Мне когда-то читал очередную лекцию известный адвокат. Джордж Ли, может знаешь, — протянул я, глядя в потолок.
Ричи, валяющийся рядом, повернул ко мне голову.
Прошла пара дней с того момента, как он закрыл меня в своей квартире. В первую же ночь я проснулся, задыхаясь от страха. Ускользающее сознание сходило с ума, я метался по кровати, съедаемый мыслями о том, что моя жизнь пришла в свою финальную точку. До утра Ричи пытался успокоить меня, но я его почти не слышал в полубредовом состоянии. Вымотав себя до изнеможения, я всё-таки вырубился, но лишь на пару часов.
С кровати я так и не встал — сил не было. В туалет и ванну Ричи таскал меня на себе. Я чувствовал себя разбитым и уничтоженным. Я чувствовал только пустоту внутри, сопровождаемую лишь головной болью.
Ричи почти насильно впихивал в меня еду: есть я не хотел от слова совсем. Он и не заставлял меня есть что-то грандиозное, тем более челюсть всё еще болела. Он готовил бульоны, приносил йогурты, периодически пичкал меня уже знакомыми травяными отварами. То и дело он накрывал мой лоб холодными мокрыми полотенцами, от чего боль немного отпускала, и я проваливался в странное состояние полудремы.
К вечеру я начал нести околесицу: спрашивал у друга, нет ли у него знакомого волшебника, или на худой конец бабки-знахарки. Хоть кого-нибудь, кто сможет помочь и вернуть в мою жизнь часть цветовой палитры. Я просил у него номер телефона, чтобы позвонить своему ангелу-хранителю и попросить его вернуться.
Ричи слушал меня очень долго, а потом принес таблетки, со вздохом сказав выпить их. Впрочем, я согласился сразу же, у меня не было ни желания, ни сил спорить с ним. После колес стало легче, я даже смог поспать чуть подольше следующей ночью. Проснулся я от кошмара, и Ричи в очередной раз пришлось успокаивать меня.
Интересно, кому из нас со мной было тяжелее?
С трудом успокоившись, я спросил у него, что это были за чудо-таблетки, и он со скрипом после долгих уговоров признался, что это нейролептики.
Вот эта тема меня заинтересовала ни на шутку. Антипсихотические препараты без назначения психиатра не продавались. Более того, их почти нереально было найти в аптеках. Я доставал Ричи несколько часов, без вопросов выпил утреннюю порцию своего бульона с куском хлеба, только бы он рассказал. В конце концов, друг признался, что у него есть знакомый фармацевт, которого пришлось слегка ввести в курс дела. Зато он спокойно выдал Ричи нейролептики.