"Почто же ты, бедовая головка,
Забил её себе совсем не тем?!
Теперь быть нужным — вот она, уловка,
Чтоб быть всегда! Ты ж этого хотел?"
Цикорий призадумался немного,
И лепестки раскрыв навстречу свету,
Подумал, что прекрасней жизни нету,
И принялся, как прежде, на дорогу
Смотреть с улыбкой. И вослед прохожим
Приветы слал. Тем днём одним, погожим.
Цветок цикория… Он на просвет прозрачен,
Но он непрост, хотя и однозначен.
Так будет осенью…
Так будет осенью. И понят тот намёк,
Ковёр листвы уж соткан в одночасье.
Несчастье в том, что созданный начаться,
Конечен мир. А этот лист намок,
От слёз, дождя ли хладного, с полнОчи,
Не мог сдержаться, пал на землю он,
О, лета мёд — он тает, будто сон,
Что снится часто. А сверчок хохочет
Над нами вновь, тон задавая звонко,
Округе. Что ж так долго не давалась
Та малость жизни. Грань ущербна, тонка,
И, — как всегда, — на донце оставалась,
Да недопита. Пусть. "Когда-нибудь…"
То — никогда. Постыло. Позабудь.
Где та боль…
Ветер в спину, и росчерком, серою тушью
Перечёркнуто лето. И грузною тушей