Понятие «Три Баронства» уже стало почти географическим. Такатак, Ташина и Сусси – те три баронства, из которых можно войти в Территории. Все остальные границы отделены либо непроходимыми топями, либо горами. Все остальные баронства располагались либо вдоль этих гор, либо в глубь единственного континента Пестика, дальше, за приграничными. Рядом с болотами жить было опасно – среди Тварей полным-полно способных перебраться через хлябь, а вольдам, способным им противостоять, там делать абсолютно нечего: денег не заработаешь.
– Плюнул. А остальные-то как и где?
– Остальные? – Вася хитро прищурился. И через секунду Семен понял, чего это он такой загадочный.
– Семен Алексеевич…
– Товарищ полковник…
На плечи обрушилась какая-то тяжесть, Точилинова начали тормошить, орать в ухо и делать тому подобные глупости. Он завертел головой, высматривая.
Бог ты мой, – Клаус ван Брюккен, голландский медик. Оба телепортиста – Джузеппе Строцци и Се Ляо Юй. Бенциан Бергман – израильский спецназ, воякой был – боевым магом и остался. И до кучи – Антонио Сибейра, специализация – иллюзии. Семен сильно подозревал, что синьор Сибейра имел непосредственное отношение к какой-то разведке, но сейчас до этого никому дела не было.
– Раздавите, черти, – расхохотался Семен, погребенный под кучей тел. И пошло веселье…
– …а мы потеряли…
– Да ладно, потеряли, десять минут ходу…
– …из Территорий не вылезает…
– Товарищ полковник, выпьем.
– …если кто еще куда-нибудь свалит не сказавши…
– …друг за друга держаться.
– Семену Алексеевичу Точилинову – ура!
Сквозь веселящихся магов протолкался какой-то торк с огромной кружкой в руках:
– Слушай, а ты правда тот самый маг, который лапинаэира сделал?
– Как к магу обращаешься, солдат? – надул губы хорошо поддатый Сибейра. – Ваше Магичество Семен Алексеевич Точилинов. Повторить.
Семен не успел даже рассмеяться немудреной казарменной шутке, как торк тут же исправился:
– Простите, Ваше Магичество, так это правда вы?
– Ну я, – пожал плечами Семен.
– Тихо! – заорал торк, он тоже явно не принадлежал к обществу трезвенников. – Здесь сидит тот самый маг, из Огненного Лепестка, который сделал лапинаэира. И мы ни разу не воздали должное его мастерству. Выпьем!
– Гарро! – грянул зал. Множество кружек взметнулось вверх.
Семен, обведя взглядом зал, столкнулся глазами с Муритаем. Тот улыбнулся и пожал плечами.
– Семен Алексеевич, – наклонился к нему Вася, – надо ответить. Здесь понятие подвига свято. Сделать то, что никто не мог, – это высшее достижение, никакие деньги не сравнятся. Пожизненное признание гарантировано.
Точилинов поднялся с места – зал сразу притих. Глядя на смотрящих на него восторженными глазами вольдов, Семен вдруг ощутил, что и его подхватывает эта волна. «Так, а почему бы я и не молодец?» Он выставил вперед свою кружку:
– Я благодарен вам. Честь биться рядом с вами. – Бред полный, но по пьяни можно – что с пьяного возьмешь? Оказалось, он угадал.
– Гарро!!! – От восторженного рева вольдов, казалось, рухнет потолок.
Краем глаза Семен заметил одобрительно улыбающегося Теренса. Похоже, и правда угадал.
Семен сел, веселье пошло своим чередом. Семен наслаждался общением с магами, вечер потихоньку перетекал в уютное застолье. Гул голосов уже не оглушал, потихоньку превращаясь в мерное гудение. Они уже почти всё обсудили, договорились, как будут встречаться, придумали, как искать потерявшихся коллег, и прочее, прочее, когда, легко раздвигая толпу, к их столу важно подплыл огромный сундук с нелепо приставленной сверху головой. Густая рыжая борода гордо топорщилась. Глемм казался абсолютно трезвым.