— Поставь это на плиту, Истон. Сейчас я разогрею его, — инструктирует мама. — Когда все будет готово, я позову вас.
Он делает, как она просит, затем мы поднимаемся наверх. Он ставит свою сумку на пол и роется в ней.
— На этот раз я могу остаться дольше. Я также получил это от Рейган, когда зашел к тебе, чтобы вернуть ей ключи от машины. Она сказала, что возьмет еще, если тебе это нужно.
Он достает кое-что из моей одежды, ноутбук и зарядное устройство для телефона, затем несколько конвертов. На одной из них написаны почерком Ханы и Рейган, а на другой повсюду нарисованы красивые цветы.
Я тронута, когда открываю ее и обнаруживаю, что это открытка ручной работы от Коринн. Там говорится: думая о тебе, помни, что даже после самых сильных дождей цветы будут цвести.
— Я столкнулся с ней, когда шел к тебе домой. Когда она узнала, что произошло, она нарисовала это примерно за десять минут.
— Вау. — Я прослеживаю рисунки.
Открытка от Ханы и Рейган такая же добрая, они желают мне всего наилучшего и дают понять, чтобы я не торопилась. Хана говорит, что будет подменять меня на работе столько, сколько мне понадобится, а Рейган обещает достать мне все, что мне нужно.
Истон обвивает меня руками. Я вздыхаю с облегчением, наслаждаясь мужским ароматом, который теперь ассоциируется у меня со всем хорошим в моей жизни.
— Это ты и он?
Я поворачиваюсь к стене с фотографиями. Он показывает на тот, где мне около двенадцати. Дедушка сидит верхом на лошади рядом с моей, смеется и машет в камеру.
— Да. Он научил меня ездить верхом. Мне нравилось, когда мы выводили лошадей на тропы.
На это больно смотреть, хотя мои губы все еще кривятся в мягкой улыбке. Я касаюсь края фотографии, больше всего на свете желая вновь пережить этот момент чистой радости.
Слабый смех покидает меня.
— Он поднял самый большой шум, потому что я хотела пройти более сложную тропу, которая пролегала через лес. Я добилась своего, но он не дал мне дослушать до конца, потому что моя лошадь испугалась, когда мы перескакивали небольшой ручей, и я в итоге упала в него. Я промокла и потеряла один из своих ботинок. — Я провожу рукой по глазам. — Он выловил меня и держал всю обратную дорогу на своей лошади, пока я плакала о том, как мне жаль, что я его намочила.
Его руки сжимаются крепче.
— Здорово, что тебе удалось вырасти с ним так близко. Ты всегда сможешь оглянуться назад на те особые отношения, которые были у вас.
Воспоминания — это все, что у меня останется. К этому так странно привыкать.
Я больше не могу пойти навестить своего дедушку, или обнять его, или рассказать ему о том, что со мной происходит.
— Идем кушать, — зовет мама снизу.
— Давай. Еда поможет. — Истон переплетает наши пальцы.
Когда мы забираемся в постель в конце вечера, это первое, что кажется правильным. Я не осознавала, насколько я привыкла спать с ним до прошлой ночи. Я дважды просыпалась после того, как он ушел, не в силах заснуть так же легко, как тогда, когда он ждал, пока я усну. На этот раз я могу лучше выспаться ночью.
***
Во вторник я запрещаю Истону садиться в его машину, когда он снова собирается уехать на вечернюю тренировку после прибытия в обеденное время. Я благодарна, что он проделывает весь путь туда и обратно от Хестон-Лейк каждую свободную секунду, которую он может, чтобы быть со мной, пока я дома, звонит мне до и после тренировок, когда не может.
Он сделал более чем достаточно, чтобы быть рядом со мной, пока я скорблю.
— Я бы тоже хотел остаться подольше. Я сказал тренерам, что у меня все получится.
— Ты ведешь себя как сумасшедший, каждый день мотаясь туда-сюда. — Мои пальцы запутались в его толстовке, когда меня окутывает его свежий, успокаивающий аромат.
— Я влюблен. Влюбленные люди постоянно совершают безумные поступки. Кроме того… — Он прижимается губами к моим волосам. — …ты стоишь каждого мгновения безумия.
— Истон, — бормочу я.
— Майя.