Не прощаемся. «Лейтенантская проза» СВО: читать начало книги онлайн

— Вы — лютый, у вас все получается.

— Зачем мне третий водитель КамАЗа? — угрюмо замечает «Гризли».

— Заклевали меня тут в штабе, пожалуйста! Не подведу!

— С ребятами поговорю — решим.

Пока разведчики покупают продукты, «Проза» общается с «Гризли».

Тема разговора — командиры военного времени.

Для «Гризли» загадка, почему к нему регулярно подходят солдаты из других подразделений и просятся в разведроту.

— В крайний раз два огнеметчика пришли. Зачем мне в разведроте огнеметчики?

— А когда ты впервые эту командирскую чуйку в себе ощутил? — спрашивает «Проза».

«Гризли» некоторое время думает, а потом категорично заявляет:

— Под Бучей, когда 94 человек вывел, включая офицеров. Они тоже тогда растерялись.

— Это когда колонна под обстрел попала на Вокзальной?

— Нет. Когда приказ об отходе пришел, назад в Белоруссию.

— Страшно было?

— Страшно было, когда первый раз увидел, как 12,7-миллиметровый руки и бошки отрывает. — «Гризли» имеет в виду крупнокалиберный пулемет. — Когда солдат свою оторванную руку нес. Мальчишка совсем. НУРСы с «вертушек» — тоже страшно.

— У Наполеона было свойство, которое сделало его великим полководцем — он умел видеть за пределами карты. У тебя такая чуйка есть?

— Командир не должен стрелять, а должен управлять. Если командир начал стрелять, значит, дело плохо. Командир должен видеть всю обстановку. Вот это и есть чуйка.

— Поэтому ты всех вывел?

«Гризли» пожимает плечами:

— Думаю… Надо двигаться! Те, кто был под забором, те там и остались. А кто за мной пошел, тех вывел.

— Может, это — фарт?

— Фарт тоже… Мы как-то идем, а впереди танкисты-буряты. Они всех жгут — и хохлов, и наших. Техника ведь одинаковая. А мы прошли, буряты по нам не выстрелили, говорят мне потом: «Фартовый ты». Может быть. Потому всякие нестандартные задачи поручают. Помните хохляцкое видео, где они наших пленных расстреляли? Как из-под Киева выходили? Наша третья рота в засаду попала.

— Помню.

— Их тела мы вытаскивали. Семь тел, изуродованные. Специально в затылок уже мертвым стреляли, чтобы лицо… — «Гризли» быстро раскрывает кулак, растопыривает пальцы, имитируя взрыв, — не опознать чтобы. Одно тело сгоревшее. Не знаю, почему. Нашли мы их, начали выносить. Артобстрел. Залегли, долго ждали. Наше прикрытие…ушли. А мы потом вынесли тела. Всех. Я всегда своих выношу. И «трехсотых», и «двухсотых». Может, и потому бойцы меня ценят.

— А вы засады устраиваете?

— Конечно! Разведка ж. Под Попасной сожгли раз 19 единиц техники и 52 тела пехоты насчитали. Хороший бой был.

«Проза» вспоминает интервью с Раизовым, как тот хвалил учителей.

— А наставники у тебя кто были?

— Вот! — «Гризли» встряхивает указательным пальцем. — Я ж не совсем десантник. Сначала я в ФСО хотел служить. Но меня послали… сказали, ты нерусский, нельзя. Тогда я на разведчика-спецназовца пошел учиться. Но училище закрыли, нас перевели в Рязань. Так я стал десантником.

— А где тяжелее воевать? Под Киевом или здесь?