Живи и ошибайся 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Моё мнение по этому поводу было двоякое. Управляющие, возможно, сохранят тайну получения секретных сведений, но есть вероятность, что шепнут кому-то ещё. В этом случае к паломникам добавятся просители иного рода. Хватит ли у нас охраны, чтобы защитить старца Самарского?

Хорошо, что технологию изготовления локомобиля на заводе Демидовых опробовали и собрали. Проблемные места устранили. Но ручаться, что всё получится и на наших предприятиях, дед не стал. В Англии для топки паровика использовали уголь. У нас же будут дрова. Дорогие, к слову. Просто так сойти с машины и нарубить топливо в ближайшем лесочке не получится. Безусловно, у меня от дуба много горбыля остаётся. Его тоже закладывали в сушилки вместе с хорошей доской. Он и пойдёт на топливо для локомобилей. Но этих запасов всё равно мало.

В целом по поводу локомобилей я был полностью «за». Пока будут собирать корпус парохода, нужно на чём-то тренировать кочегаров и механиков. Заодно батюшку на этой шайтан-машине покатаем в рекламных целях.

Дед рассказывал, что в той же Англии подобные паровики к концу девятнадцатого века получили широкое распространение, и совсем не по причине того, что их использовали для передвижения (для этого имелись железные дороги и паровозы). Английские локомобили выполняли роль двигателя для чего угодно. Простая ременная передача от паровика могла вращать станки, пилить дерево, обмолачивать зерно и так далее. Первые электрогенераторы тоже пользовались силой пара.

Не думаю, что в нашей провинции мы устроим глобальные технический прогресс. Здесь нужны серьёзные вложения и основательная база. Не промышленная, а прежде всего людская. По словам деда, английские инженеры не получали диплом, пока не сдавали реальный проект. Два-три студента объединялись и делали к выпуску действующий макет паровой машины. Такие мини-локомобили можно было встретить на выставках даже в двадцать первом веке.

Подобный подход к образованию мне очень импонировал. Получалось, что инженер не просто разбирался в своём деле, знал до последнего винтика машину, но и лично её изготавливал, пусть и в уменьшенном масштабе*.

Из отобранной молодёжи предстоит обучить и вырастить специалистов. Парни, бывшие крепостные, должны с самого начала вести проект и знать каждый болтик.

— Мы им ещё будем свои дипломы выдавать, — предавался дед мечтам и, заметив, как я скривился, возмущённо спросил: — А кто запретит?

— Государь-император? — намекнул на главного «запрещальщика». — К тому же никто их на работу не возьмёт с нашим-то дипломом.

— И не надо! — продолжал родственник гнуть своё. — Главное, образование и практика, а престиж придёт сам собой.

— Как бы нам самим задницы на тот самый британский флаг не порвать, — пробурчал я в ответ.

Честно говоря, мне больше нравилась идея с клиникой. Медицина — это ведь тоже важно. К тому же у нас имелись все возможности устроить уникальное место. Больных-хромых с избытком. Едут и едут к старцу. То есть материал для практики имеется. Пусть у Лёшки больше теоретических знаний, но он может набрать учеников, а те уже напрактикуются.

Главное наше преимущество, что отцу Нестору никто не осмелится отказать, а батюшка нас всячески поддерживает. Как говорится, дай Бог ему долгих лет жизни.

Ходил я после Крещения на исповедь. Ну… как бы на исповедь. Посидели, поговорили. Значимых для России событий, которые можно было бы выдвинуть в качестве предсказаний, я не нашёл. Сами посудите, кому здесь важно, что там в Америке происходит и кто новый президент? Или, к примеру, военный переворот в Парагвае? Даже не нашёл умерших особо влиятельных личностей.

По этой причине мы с отцом Нестором решили выдать лично государю в подарок парочку серебряных и два-три золотых месторождения. А то вдруг узнает, что Демидовым дали такое пророчество, и осерчает? Проку императору от этих знаний много не будет. Это у Демидовских управленцев вся техническая база под рукой. Николаю I собрать разведывательную экспедицию, как бы это ни звучало странно, будет очень затратно и сложно. Слишком много передаточных звеньев и бюрократов присутствует в цепочке. Нам это и неважно. Главное, что старец Самарский в очередной раз подтвердит свои неординарные способности.

Невольно я задумался, а не приобрести ли себе какой-нибудь перспективный участок на будущее? Пацаны растут, лишними деньги точно не будут. Дед послушал мои выкладки и согласился с тем, что землю нужно купить. Правда, заниматься ею сейчас — всё равно, что дразнить гусей. Слишком пристально наблюдают за нами все кому не лень. Ещё и в гости приезжают.

Ладно бы те, с кого можно какую-то пользу заиметь или к работам пристроить. Но от тех же художником проку нет никакого. Разве что в будущем своеобразная реклама. Мне бы вместо художников кто-нибудь из строительной братии пригодился. Да и лишняя артель плотников была бы в тему. За зиму мы планировали перетащить все заготовленные брёвна от Самарки к конезаводу. Там распустить на брёвна и сложить на просушку, чтобы весной у плотников была работа по профилю.

Крепостным этой зимой не довелось отдохнуть. Я брал положенную барщину и ещё сверх того нагружал работой. Единственный нюанс состоял в том, что я снова «чудил», оплачивая сверхурочное время. Немного, но по две-три копейки в день крепостные крестьяне получали. Управляющий громко возмущался таким растратам. А я даже переубеждать его не стал. Мне-то видно, как народ работает с повышенным энтузиазмом, когда знает, что получает реальные деньги.

Не буду говорить, что все поголовно шли с радостью на дополнительные зимние работы. По этой причине у меня появились два списка. В одном те, кого буду освобождать от крепости, если, конечно, сами мужики проявят инициативу. Во втором списке перечислялись совсем бесперспективные, ленивые, просто тупые и не ищущие другой жизни.

Мне казалось, что за столько лет сознание моих крепостных немного изменилось. Молодое поколение искало «приключений» и несильно желало пахать и сеять. И тем не менее хватало совершенно непробиваемых, закостенелых мужиков. Возраст таких был старше двадцати пяти лет, вполне подходящий, чтобы забрить в солдаты. В своём листке напротив откровенных тупиц я специальную метку ставил.

Медленно, но уверенно я избавлялся от крепостных крестьян. Наёмные работники всегда лучше себя проявляют. Земля так и останется моей, но теперь все, кто свободен и продолжал жить в деревнях, платили аренду. Нас обоюдно это вполне устраивало. Куроедов намекнул, как я подрываю свой авторитет. Повезло, что дед как раз был неподалёку. Они с соседом устроили спор по экономическим проблемам России. Куроедова не убедили, зато он перестал мне указывать, «как надобно себя вести помещику».

Лешка ещё с середины декабря занялся обучением крестьян. Это привычная его обязанность. Только в зимний период он мог уделить много времени подрастающему поколению, мотаясь по деревням и лично проверяя, как и чему обучают детей. С заселением деда в тушку Пети мы охватили своим вниманием и владения Похвистневых, устроив там в каждой деревне избы для обучения.

Безусловно, учителей на все земли не хватало. Пришлось брать в помощники одарённых подростков. Именно их Лёшка и натаскивал больше всего, разработав программу обучения, вдалбливая основы.

Самым сложным в деле обучения грамоте крестьян оказалось привлечение к этому девочек. Тут и стереотипы, и занятость домашними делами (именно зимой бабы много ткут), и откровенное нежелание женских особей постигать грамоту. Всего на наших землях согласились учиться восемь девиц возрастом от десяти до четырнадцати лет.

Алексей применял разные хитрости: ссылался на старца и подолгу беседовал с родителями, уверяя, что бабу, умеющую считать, никто на ярмарке не обманет. Так себе аргумент. Отчего-то считать деньги умели все поголовно, а вот абстрактные цифры давались с трудом.

Дед рекомендовал особо не настаивать на обучении девочек. Нам бы будущих рабочих подготовить, и в этом деле грамотные бабы стоят на второстепенном месте. Придумаем чуть позже для них поощрения. Может, какие платки или набивные ткани подарим по итогам года тем кто учился. Это чтобы у девок был стимул ходить в школу. Не так-то много времени это занимает. С началом весенних работ уже всем не до учёбы будет.

Пока же мы заготавливали материалы и готовились к тому, что начнётся весной.

Шесть бригад строителей всю зиму таскали и складировали материалы. Кирпич не решал всех проблем, да и мало его было. Потому осенью я заказал карьерный камень. Его доставили на баржах и сгрузили на берегу в Александровке. По зимним дорогам это всё перевозилось. Часть на постройку цеха, часть на будущую верфь. Немного камня я оставил в усадьбе. В целом запасы материалов радовали, хотя я предполагал, что понадобится ещё больше. Паломники и прочие «гости» никуда не делись.

После обработки и резки камня оставалось много щебня. Им будем облагораживать прилегающую территорию. Песок и щебень в сумме не дадут полноценной дороги, но всё лучше, чем ямы и липкая грязь после дождей.

В общем, всю зиму к нам шли и шли караваны с различными припасами. Я скупал всё, что доставляли и предлагали. Пусть цена было немного завышенной, но и мы получали хорошую прибыль. К примеру, купленное у купцов зерно мололи на наших мельницах, а затем сбывали в виде пирогов многочисленным паломникам и именитым гостям, получая десятикратную прибыль от изначальной цены зерна.