Ты даже трахнула меня всухую, заставив меня в одно мгновение снова возбудиться, и, черт возьми, мне никогда не нравилось то, чего я должен был бы так стыдиться. И мне пришлось затащить тебя в свой лагерь, сорвать с тебя соблазнительный взгляд и принять вызов, которым ты меня дразнила.
Поэтому я схватил тебя за руку, перевернул на живот и съел. Я наслаждался твоей киской, как будто я умирающий человек, а ты была моей последней гребаной едой. А твой вкус? Да, это то, о чем я буду рассказывать истории своему Ангелу Смерти.
Но что мне понравилось больше всего, так это эротические звуки, которые ты издавала. То, как ты стонала: “Пожалуйста, еще… Пожалуйста, трахни меня, заставь меня кончить…Я вся твоя. Эта киска твоя…”
И, черт возьми, эти звуки почти заставили меня эякулировать без трения. Но я этого не сделал, потому что у меня была миссия, которая включала в себя извлечение из тебя всех звуков. Поэтому, когда я почувствовал, как ты сжимаешься вокруг моего языка, я отпустил твою киску, раздвинул твои ягодицы и перешел к твоей заднице, а затем засунул пальцы в твою мокрую пизду.
Да, я грязный, но не так сильно, как ты, потому что ты кончила мне на язык через несколько мгновений после того, как я съел твою задницу.
Лучший орал, который я когда-либо дарил. А я не любитель дарить.
Я был так готов позволить своему члену поработать с твоей мокрой пиздой, но потом ты исчезла. Снова, блядь. И мне пришлось проснуться, обливаясь потом и сжимая руками свой член. О, и у меня была сперма по всему животу.
Не круто, Наоми.
В следующий раз самое меньшее, что ты можешь сделать, — это остаться до конца.
Желательно, чтобы я никогда не просыпался.
Твой грязный, мерзкий друг по переписке,
Акира
Глава 37
НАОМИ
Мы ночуем в мамином доме.
Это так отличается от прошлого, но ощущения все те же.
Мы все еще те ребята из колледжа, которые прижались друг к другу перед телевизором, пока Себастьян пытался прикоснуться ко мне в любой момент. Нам так же комфортно в тишине, как и во время разговора.
Но сейчас он другой, более измученный, надломленный.
Мы оба ранены, преследуемые, и оба долгое время провели в пустоте.
Быть наполненным всем сразу — это одновременно и волнующе, и болезненно.
Но это никогда не было так… полезно.
После совместного принятия душа, где Себастьян прижал меня к стене, мы легли смотреть настоящее криминальное шоу.
Но на самом деле мы не обращали на него внимания, мы просто смотрели друг на друга и разговаривали.
О боли.
О страстном желании.
Обо всем.
Я держала все это в себе, а когда оно вышло наружу, оно было без цензуры и безудержно.
Это было похоже на очищение.
Себастьян рассказал мне о том, как он сдал экзамен и разорвал отношения со своими бабушкой и дедушкой. Он рассказал мне о роли, которую Нейт сыграл в его новой жизни, и о друзьях, которые у него есть в фирме. Он рассказал мне о том, как использовал работу, чтобы отвлечься от своих эмоций.
В каком-то смысле то же самое было и со мной, поэтому я рассказала об этом и о том, какой была моя жизнь в Японии. Я рассказала ему о новой семье, которую я нашла, и о том, что Мио, а иногда и Кай — единственное, что мне в ней нравится.