— Перемирие? — спрашивает с иронией.
— Не знаю… — честно признаюсь ему, на что получаю саркастичный смешок.
По дороге к дому мы держимся за руки, Яр не отпускает мою ладонь даже в магазине, когда я мечусь от прилавка к прилавку и выбираю, что я хочу больше. Пачку жевательного мармелада или краковскую колбасу.
Когда мы подходим к участку, я уже издалека замечаю большую черную машину, припаркованную точно возле ворот.
Пугаюсь от одного ее вида, дергаю за руку Яра, одними губами шепча ему, что нас нашли.
Глава 22
Ярослав
Кудряшка перепугалась вся, когда заметила тачку Рината. Я даже сказать ничего не успел.
Голову только повернул, а у нее уже стеклянные заледеневшие глаза и губы двигаются в тихом шепоте.
— Свои, малышка. Это свои, — я прижимаю девочку Лию к себе, позволяю ей уткнуться носом в грудь.
Ее плечи двигаются от частого дыхания, она вся трясется. Кудряшка просто в ужасе.
— Тише, ну тише, глупышка. Никто нас в этой глуши не найдет, дом даже не на меня оформлен, — успокаиваю ее, глажу по распушившимся от влаги волосам.
— Кто это? — сопит мне в шею.
— Ринат. Его бэха.
Я осторожно отцепляю девочку от себя, открываю ворота, чтобы Рин загнал тачку на участок. Ни к чему ее светить перед местными, у них и так явно накопились вопросы ко мне. Чужих они не любят.
Ринат спокойно проезжает, колеса его малышки спокойно преодолевают яму. Я отдаю Кудряшке ключи от дома и прошу ее спрятаться пока внутри. Пусть жует свой мармелад, заедая его колбасой.
— А ты неплохо здесь устроился, — Ринат протягивает мне ладонь для рукопожатия. — Девчонка под боком, природа, баня добротная, я посмотрю.
— Что с тобой? — спрашиваю, когда он кривится и тянется к плечу.
Присматриваюсь и натыкаюсь взглядом на что-то белое, торчащее из-за ворота футболки. Подозрительно напоминает медицинскую повязку.
— Задело немного. Слушай, Ярый, у меня есть кое-какие новости, — он открывает заднюю дверь тачки, и я мгновенно улыбаюсь, когда нас становится трое.
Обнимаю Руса, специально рассчитываю силы, потому что вряд ли он отделался только подбитым глазом и рассеченной губой.
— Парень, я рад тебя видеть, — треплю его по волосам.
— Да я тоже, — фыркает в ответ, уклоняется от моей руки. — У меня, по-моему, сотряс.
— Понял, — киваю понимающе. — Шел бы ты в дом, на ногах еле держишься.
Руслан сейчас не в той форме, чтобы строить из себя героя, так что он сразу прислушивается к моим словам. Я иду закрывать ворота, пока Ринат достает сигареты и закуривает.
— Даже не спросишь, как мне это удалось? — он усмехается.
— Прикидываю пока, сколько «двухсотых» ты оставил за собой.
— О таком вслух не говорят. Большая часть моих ребят на больничных койках, есть несколько потерь. Башаров залег на дно.
— Мы же оба понимаем, что здесь без вариантов? Либо ты его, либо он тебя. Если у него так тормоза сорвало, что он решил положить всех, то нам надо действовать на опережение. Собирать новых бойцов, я могу подтянуть некоторые старые связи…
— Я хорошо плачу, ты сам знаешь. Меня больше интересует, что ты намерен делать с девочкой.