На золотом фронте: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все более и более увлекаясь, он уже почти кричал:

— В прошлом году мы перегнали Америку по добыче золота. Через два года перегоним Англию. Что это будет означать для СССР и для всего мира, если мы будем первыми по добыче золота. Ведь прежде всего...

— Однако, лошадей-то надо напоить, — сказал где-то близко от нас голос.

Мы вскочили как встрепанные — до того это было неожиданно.

— Каких лошадей? — закричал Селиванов.

— Ваших, известно, Виктор Васильевич, ведь вы их напоить-то позабыли; дай-ка я их сведу к речке попоить, — продолжал тот же спокойный и немного насмешливый голос.

И Бертин — ибо это был он — принялся отвязывать лошадей и повел их поить, а я принялся восстанавливать потухший было костер, на котором снова приветливо закипел чайник.

Бертин напоил лошадей и присел у костра. Оказалось — до бертинского зимовья совсем недалеко, километров восемь.

Мы, разведчики, ищем золотую руду, а находим медь, цинк, железо...

К счастью, Бертин, зная забывчивый характер Селиванова, который никогда в дорогу ничего не брал «путного», кроме сухарей, захватил с собою немного еды, и мы принялись уписывать за обе щеки какую-то снедь.

— А вот вы вообразите, Василий Николаевич, что здесь будет через десять лет, — сказал Селиванов.

— Очень даже воображаем, — отвечал Бертин. — Вон там у нас будет построен Сталинград, рабочий город. Посередине большой-большой клуб и театр. Рядом техникум. Вон там будет десятилетка, а здесь больница. Совет будет построен на площади, вот тут немного влево. За горой — рудник. Руду подавать будем по штольне прямо на фабрику, вот сюда под горой около речки. Электростанция...

Какая-то птица сослепу налетела на разгоревшийся костер... Должно быть это была сова.

— Ну, а через десять лет на кого будем охотиться? Ведь тут город будет, — спросил Селиванов.

— Через десять лет тут крутом поля будут, огороды. Ведь тут только копнуть, пшеница — во. Морозы ей нипочем. А огурцы, капусту, картошку ведь вырастили же на Алдане и в Бодайбо. Здесь немного даже помягче климат будет. Что здесь будет через десять лет — уму непостижимо: поля, огороды, животноводство, курей разведем... А пока пойдемте к нам на разведку, недаром же я коней вам напоил.

И мы еще добрых три часа шли по незаметной ночью тропинке.

Но тропинки больше не было, ни речки, ни Селиванова. Была палата, было совсем светло, и Серго сидел на стуле около постели.

— Ну, молодец Очкин, — говорил он, — ловко тебя вызволил. А скверная была история ...

— А мне все тайга и рудники кажутся, все строим и строим. И что лет через десять будет у нас в промышленности — все представляется.

— Это хорошо, что будет через десять лет, но не плохо и то, что за эти годы сработали, — сказал Серго. — Огромную работу проделали по золоту, если бы описать...

Он нарисовал картину гигантского роста новых заводов, рудников...

И товарищ Орджоникидзе заговорил о том, что было сделано за эти годы, о том упорном терпеньи и большевистской выдержке, которую проявили работники золотой промышленности. Он вспомнил, как преодолевали первые неудачи и неуклонно шли вперед, верные заветам великого Сталина, не допуская колебаний и неуверенности в своих рядах.

Серго сказал, как хорошо было бы вспомнить и рассказать о проделанной работе, о том, как из кустарного промысла создали кузницу валютной мощи нашей страны; о стахановцах, инженерах, рабочих, старателях, у которых хватило нервов, терпенья и выдержки на эту работу.

А нервов, терпенья и выдержки нужно было не мало.

— Вот, вспомни и напиши о том, как все это было...

И еще лежа в больнице, я вспоминал и писал...

Моя жена и мои товарищи по работе помогли мне в этом.

А. Серебровский