— Приятно знать, что ты получаешь представление о том, каково это — иметь тебя в качестве соседки по комнате.
Я падаю на диван, поднимаю ноги и тру глаза.
— Я никогда не была такой плохой, как Сторми. Если бы я знала, что она такая неряха, я бы никогда не попросила ее переехать.
— Я предупреждала, что вы двое работаете вместе и живете вместе, и это может стать проблемой, но ты меня не послушала. — Я слышу, как открывается дверь гаража, и она предупреждает меня, что телефон может переключиться на Bluetooth за несколько секунд до этого. — Ты здесь?
— Тьфу. К сожалению, да. — Я оглядываю свою маленькую гостиную, чувствуя, как стены смыкаются. — Я так устала от своей жизни.
— От какой части? От вечеринок? Поздних ночей? Безымянных мужчин и неловких прощаний после секса?
— Эй, у меня нет неловких прощаний после секса! Я ускользаю посреди ночи. — Я выдыхаю. — И нет, я просто чувствую себя такой… немощной.
— Я бы никогда не выбрала такого слова, чтобы описать тебя, но продолжай.
Я сворачиваюсь калачиком на боку.
— Может быть, это потому, что приближается мой тридцатый день рождения, или, может быть, потому, что ты уехала, а я застряла в этой крошечной квартирке со Сторми и всей ее просексуальной чушью, но я чувствую себя подавленной и отталкивающей. Ты смеешься?
Она прочищает горло.
— Нет, нет, я… — Еще раз прочистила горло. — Ничего, продолжай.
— Наверное, я просто подумала, что на этом этапе своей жизни могла бы добиться большего.
— Знаешь, еще не слишком поздно. Ты могла бы вернуться в школу, пройти какие-нибудь из тех курсов красоты, которые, как ты всегда говоришь, тебе следовало пройти.
— И конкурировать с группой восемнадцатилетних подростков, только что окончивших среднюю школу? Нет, спасибо. Кроме того, мне нравится моя работа. Мне нравится работать барменом и знакомиться с новыми людьми. Какую еще работу я могу найти, где могла бы петь, танцевать, флиртовать и выпить рюмку текилы в рабочее время? — По сути, это список всего, в чем я хороша.
— Хорошее замечание.
— Мне что-то нужно. Я не знаю, хобби или что-то в этом роде.
— Почему бы тебе не стать волонтером в церкви? Есть тысяча вещей, которые ты могла бы сделать, и им действительно нужна вся помощь, которую они могут получить. Бонус, ты получаешь возможность проводить больше времени с Беном. — Ее голос звучит легче, когда она упоминает о нем. Подруга знает, что я влюблена в этого парня, но отказывается признать, что у нас с ним нет ничего общего.
Он отец-одиночка, которому нужно рано ложиться спать.
Мои ночи даже не начинаются раньше десяти часов.
Он предпочитает двухпроцентное молоко.
Я обожаю виски.
Он в рубашках и брюках.
Я в сетчатых чулках и юбке с леопардовым принтом.
Он — мораль.
Я — разврат.
Он — пастор, если уж на то пошло.
Я поклоняюсь богу веселья.
Ничто в нас не совпадает.
— Я позвоню Бену, — говорит она, заставляя мой желудок сделать то раздражающее движение, которое всегда происходит, когда кто-то упоминает его имя.