Наконец, занятия закончились. Закончилась моя первая неделя в этой новой старой школе, и если подводить итог тому, как она прошла… прошла она совсем не так, как я ожидала.
Я на удивление быстро смогла преодолеть свои застарелые комплексы, ожившие в той же среде, среди тех же людей, но столкнулась с новыми трудностями, о которых раньше и помыслить не могла.
Например, вынеся из гардеробной свое пальто, я нашла в его кармане еще одну коробочку, подложенную мне каким-то неизвестным. В ней оказался кулон в виде сердца, инкрустированный перламутром, явно из той же коллекции украшений, что и браслет, и еще одна записка:
«Не могу перестать думать о тебе. Потерявший голову В.»
Я с трудом удержалась от того, чтобы не выкинуть коробочку со всем ее содержимым в ближайшую урну, и только каким-то чудом не сделала этого ‒ в конце концов, украшение было ни в чем не виновато. И если уж на то пошло, в школе выбрасывать ее точно не стоило ‒ если бы Вандал увидел, как я поступила с его подарком… кто знает, что бы он тогда со мной сделал?
Так что, прочитав записку, я просто засунула украшение в свой портфель.
― Ника, не хочешь сходить с нами в кино на новый фильм? ― спросила Света, наматывая на шею кашемировый шарфик.
― Спасибо, я уже смотрела. Да и сегодня вечером точно не смогу пойти.
На этот день у меня был запланирован кастинг в очередное модельное агентство (нужно было успеть, пока мама с отчимом не вернулись из Питера, куда он ездил по работе, а она ‒ забрать оставшиеся вещи). К тому же, от фильмов в 3D высокой четкости у меня начинается тошнота и головная боль похуже любого похмелья. Новый фильм я и до половины не смогла досмотреть, так меня затошнило от мелькания перед глазами кораллов подводного мира ‒ правда, говорят, не много потеряла.
― Ну, тогда увидимся завтра на вписке у Третьякова, ― улыбнулась девушка. ― Правда, вечеринки Давида очень трудно назвать «вписками», обычно они очень крутые. Прямо пиры у Калигулы. На следующий день о них вся школа говорит!
Диана покачала головой:
― Вот поэтому я и не пойду. Скоро экзамены, мне не до вечеринок, и тем более не до буйных оргий.
― Многое пропускаешь!
― Буйные оргии, говоришь? ― переспросила я, заинтересовавшись еще сильнее. ― И часто он такое устраивает?
Вчера он с таким презрением сказал мне «А ты напилась!», словно сам не пьет. А тут, выясняется, что он пиры Калигулы регулярно закатывает для всех своих одноклассников?
― Не так часто, как нам хотелось бы. Именно поэтому нужно пойти! Диана, перестань быть старостой хотя бы на вечерок, не отрывайся от коллектива!
― Нет… все-таки, нет. Вам и без меня там будет весело.
― Да без тебя даже повеселее будет, ― чуть слышно пробормотала Света.
Я с трудом сдержала смех. Звучит обидно, но так уж оно и есть. Диана ‒ положительная, серьезная, умная, на редкость проницательная девушка, но что ни говори, зануда.
Выйдя во двор, мы с девчонками пошли в разные стороны.
Тут, увидев Сашку, направлявшегося ко мне от школьного крыльца, я вспомнила, что он хотел проводить меня до дома. Я ему тогда еще сказала, что буду этому рада. Причем не только сказала, но и обняла, прижавшись всем телом к его груди и эротично проведя ладонями по шее ‒ просто, чтобы Третьяков это увидел.
Наверное, при других обстоятельствах, я даже могла бы закрутить с Сашкой роман… но точно не сейчас, когда все мои мысли занимал один-единственный человек. Раньше со мной так и бывало ‒ серьезное увлечение вытесняло из моей головы все прочие. Я, конечно, могла гулять одновременно с двумя парнями и даже находиться в отношениях сразу с обоими (да-да, можете меня осуждать), но это означало только то, что я ни к одному из них ничего не испытываю.
А сейчас речь шла даже не об увлечении…
Но тут, не успел Сашка подойти ко мне, как кто-то обхватил рукой мою талию.
― Ларина, может, уже прекратим играть в эти игры? ― подняв глаза, я увидела губы Давида Третьякова, раздвинутые в его фирменной нагловато-обаятельной улыбке. ― Мы же оба знаем, что ты от меня без ума!
Такое заявление, еще сделанное хоть и шутливым, но безапелляционным тоном, на несколько секунд смешало мои мысли.
― Ну, да, ― фыркнула, наконец, придя в себя. ― И это явно следует из того факта, что я тебя преследую, устраиваю сцены ревности, выпрашиваю твой телефон и пытаюсь тебя поцеловать. Ой, постой-ка! ― засмеялась я. ― Это ведь не я, а ты все это делаешь.
― А я и не скрываю, что без ума… если не от тебя, то от определенных частей твоего тела точно, ― его ладонь переместилась на мою пятую точку.
― Прости, Третьяков, но ни одной из моих частей тебе и близко не светит, ― я сбросила с себя его руку. ― Предлагаю тебе вернуться к тому табуну телок, которые, и правда, от тебя без ума. Ну, или, как вариант, к своей порнухе.
― Уверен, что еще как светит, ― усмехнувшись, парень снова обхватил мою талию. ― Ладно тебе, Ларина, сходи со мной на свидание! Ресторан, цветы ‒ все как договаривались. Тебе же нравится такое? Зайду за тобой сегодня в пять.