Я с трудом сдержала усмешку. Ох, боюсь, пожалеешь, Третьяков, что так настаивал на том, чтобы я пришла!
― Начало в пять.
Парень улыбнулся, уже окончательно взяв себя в руки. Мне не понравилось выражение его лица. Не к добру это все. Что-то он явно задумал! В мозгу замелькали различные сценарии развития событий, один хуже другого.
Да ладно, ерунда. Это же вечеринка. Баскетболисты, одноклассники. Что такого он мог задумать? Наверное, просто надеется провести со мной время в неформальной обстановке и загипнотизировать своим магическим обаянием.
Но мы еще посмотрим, кто кого!
Нет, с этой войной покончить явно было не так-то просто, что бы мы ни говорили.
Как бы мы ни убеждали друг друга, что между нами мир.
* * *
Пройдя в класс за минуту до звонка, я увидела Сашку в его дальнем конце, он стоял рядом с несколькими парнями из баскетбольной команды, среди которых был мой сводный брат.
― Привет, ― я подошла к своему другу детства.
― Привет, Ника!
― Я тут говорила с Третьяковым. Он пригласил меня на свою завтрашнюю вечеринку и сказал, что ты тоже на нее пойдешь и уже это подтвердил. А у нас вроде как были планы!
― Да, как раз хотел спросить, не хотела бы ты пойти на нее вместе со мной?
― А если бы я ответила, что не хочу? ― насмешливо прищурила глаза.
― Тогда бы я сказал ему, что все-таки не смогу пойти. Пропустил бы, ерунда.
― Ладно, Сашка, ― я хмыкнула. ― Пойдем на нее вместе, и это и будет тем самым свиданием, которое я тебе обещала.
Если честно, у меня уже отпало всякое желание идти куда-либо с ним. К своему другу Давид ревновал меня далеко не так сильно, как к парню моей подруги, тому мажору на крутом «Порше», уж не знаю, почему. Может, как-то понял, что я ничего к нему не испытываю.
Да и ничего, кроме дружбы я Сашке в любом случае предложить не могла, играть его чувствами не хотела, и это ставило меня в неудобное положение.
Ладно. Посмотрим, что из этого выйдет.
Но тут, возвращаясь к своей парте, я снова поймала на себе взгляд Давида… О, нет! К своему другу парень явно ревнует меня намного сильнее, чем я думала! Просто намного лучше это скрывает.
На первый взгляд, Третьяков и сейчас казался спокойным, да только его сложенные на груди руки явно были сжаты в кулаки, поза выдавала настороженность, а глаза, положение бровей, изгиб губ ‒ ярость.
В детстве, когда я была Тучей, могла ли я подумать хоть на секунду, что Давид Третьяков, этот надменный красивый мальчик, будет когда-нибудь так меня ревновать? От удовольствия по моей коже пробежала волна горячих мурашек.
― Что с тобой? ― спросила меня Наташа, когда я заняла свое место рядом с ней.
― А что?
― Ты словно светишься. И поглядываешь при этом на Давида Третьякова. Впрочем, можешь не объяснять, мне и так все ясно.
Вот черт.
Не только его лицо выдавало истинные эмоции, но и мое.
― Да только на завтрашнюю вечеринку ты идешь с Сашей Перовым.
― А ты откуда знаешь?
― Он у себя в твиттере об этом написал.