Рита тихонько прошла к Владу. Он стоял лицом к окну и, держа в руке аппарат, разговаривал по телефону. Его голос был ровен и спокоен, но чувствовалось, что это стоит ему немалых усилий.
— Нет, Ольга. Это была последняя капля. Нет. Мне не нужны твои объяснения. И твое вранье. Я и раньше о многом догадывался, а теперь… Нет. Нет. Конечно, только развод. А при чем тут Рита? Ах, ее бывшая свекровь… Так вот чьих рук это дело? Нет. Довольно. Нет. Не приду. Прощай.
Опустив трубку на рычаги, он устало улыбнулся Рите:
— Слишком много для одного дня. Ты не находишь?
Она молча кивнула. Влад подошел и взял из ее руки газету. Взглянув на подчеркнутые строчки, он усмехнулся.
— Впрочем, у меня осталось еще одно дело, — сказал он и стремительно покинул кабинет.
Рита ринулась за ним.
— Лена, это вы принесли газеты мне и Маргарите?
— Я… — пролепетала секретарша.
— Кто вас попросил это сделать?
— Оля… Ольга Николаевна. Ваша жена.
— Она просила вас, — он замялся, но, поморщившись, продолжил, — следить за Маргаритой?
— И за вами… — жалобно прошептала девушка, словно бы еще надеясь, что чистосердечным признанием она смягчит свою вину и гроза пройдет стороной.
— Вы уволены. Идем, Рита. Я боюсь утонуть в грязи, которой, как оказалось, здесь слишком много!
Спускаясь по лестнице, Рита слышала отчаянные рыдания секретарши Леночки Козловой.
В последнее время, когда не ожидалось ни важных встреч, ни визитов, Рита иногда позволяла себе являться на работу, обходясь без делового костюма. Как раз сегодня так и случилось: на ней были черные джинсы, бирюзовый пушистый свитерок, удивительно оттенявший ее глаза, коротенькие сапожки и очень модная кожаная куртка с аппликациями. Апрель уже перевалил за половину, и в городе было тепло и почти совсем сухо.
— Ой, — растерянно сказала Рита, останавливаясь на ступенях и озираясь в поисках служебного автомобиля, — а я не вызвала Сергея. Я его домой отпустила… Обещала позвонить, когда понадобится. И забыла…
Машину водить она толком еще так и не научилась — других забот хватало. Она виновато посмотрела на Влада.
Он грустно улыбнулся и вдруг привлек к себе Риту. На них оглядывались редкие прохожие, а они все целовались и целовались, не в силах оторваться друг от друга, будто каждый искал в другом не только любви, но и поддержки в трудный час.
— Уж лучше быть, чем слыть, — сказал Влад, напускной бравадой скрывая охватившее его смущение.
— Что? — У Риты от волнения так кружилась голова, что она не могла поднять ставшие вдруг невероятно тяжелыми веки.
— Так Шекспир сказал. Уж лучше быть, чем слыть!
— Мне кажется, он прав.
Влад распахнул перед Ритой дверцу своих белых «Жигулей»:
— Карета подана, королева!
Рита скользнула на сиденье и достала из сумочки сигарету. Пальцы ее слегка дрожали.
Влад опустился на водительское место и, уронив руки на руль, надолго замолчал.
Сигарета истлела, а Рита все не решалась отвлечь его от невеселых раздумий. Наконец она не выдержала:
— Влад…
— Ох, извини. Ну, куда едем?