Наклонившись, Геро хотела коснуться изумрудной мягкой травы, но с удивлением обнаружила, что ее рука прошла сквозь стебли и была полупрозрачной и бледной.
Как рука призрака.
— Что происходит?
Осмотревшись, девушка отмечала новые и новые странности. Мир вокруг не выглядел живым. Ветер не тревожил траву под ногами, не пели птицы, а ведь Геро помнила, что их в саду было множество.
Никаких запахов, ни единого звука, кроме ее собственного дыхания.
Неподалеку, в окружении цветущих вишневых деревьев стоял чайный столик и два кресла. Любимое мамино место.
Геро всегда знала, где ее найти.
И вот сейчас…
Девушка прижала руку к груди. Сердце забилось чаще, к глазам подступили непрошеные слезы.
Мама и сейчас сидела там.
Такая же, как Геро помнила: в светлом голубом платье, с наброшенной на хрупкие плечи шалью, расшитой цветами и птицами.
Девушка бросилась вперед, споткнулась и растянулась на траве. Боли не было, только жуткое, растущее в груди напряжение, грозящее разорвать Геро на части. Поднявшись, она побрела к столику, не желая выпускать маму из виду ни на секунду.
— Только не исчезай, — шептала девушка. — Не исчезай!
Когда она добралась до столика, дыхание сперло и Геро с трудом могла видеть сквозь пелену слез.
Но все же это была мама.
Рыжие волосы разметались по спине, и она постоянно поправляла выбившуюся из прически прядь. Тонкие пальцы сжимали фарфоровую чашку с травяным чаем, но мама еще не сделала ни единого глотка.
— Мама…
Геро подошла поближе и хотела коснуться ее плеча, но прошла сквозь бледно-голубую ткань, не почувствовав никакого сопротивления.
Та все так же продолжала держать чашку и смотреть вдаль, даже не почувствовав чужого прикосновения.
— Это нечестно, — дрожа всем телом, выдохнула Геро. — Нечестно, что я не могу даже…
Краешком глаза она заметила знакомую тьму и зажала рот рукой испугавшись, что ее крик может привлечь внимание.
Напрасно.
Никто ее не видел.
Илларей уверенно шел к маме, не опасаясь ничего. Он выглядел как хозяин этого замка, на лице — слабая улыбка, а в глазах незнакомая теплота.
Дракон, что похитил ее, был так же далек от своего двойника, как звезды на небе от людей под ними. Во взгляде не было той усталости, что видела Геро, вся его сущность излучала силу.
— Илларей, — мама не обернулась, но ее лицо озарила теплая улыбка, а дракон взял ее руку и прижал к губам. — Рада, что ты здесь.
— Ты испугала меня в прошлый раз, — в голосе дракона чувствовалось настоящее волнение. Ни капли холодности. — Мы не можем больше продолжать, Вилария.
Мама раздраженно цыкнула и сделала глоток чая.
— Глупости! Я знаю границы своих сил и поверь, я даже близко не подошла к ним.
— Геро не скажет мне спасибо, если ее любимая мама отправится в посмертие раньше срока.