— Ты можешь расслабляться со мной в любое время.
Он рассмеялся над двусмысленностью ее слов.
— Буду иметь это в виду.
Она закатила глаза.
— Я имела в виду, чтобы ты готовил для меня. Я люблю домашнюю еду. Когда мы в процессе рассмотрения дела, я обычно ужинаю в офисе. Кто-то заказывает пиццу или китайскую еду, и мы поглощаем ее, уставившись в компьютер. Я в шоке, что все еще не размером с дом.
Он пробежался взглядом по ее идеальным изгибам.
— Если ты похожа на меня, то ты ешь либо по праздникам, либо когда очень голодна. Бывают дни, когда у меня вообще нет времени на еду.
Она поднесла вилку ко рту, издав тихий стон, когда съела кусок сочной говядины.
— Если бы ты готовил для меня каждый день, я бы ела постоянно.
Черт побери, если это не заставило его сердце заколотиться. Не только стон, но и сама мысль о том, чтобы готовить для нее.
Что, черт возьми, со мной не так?
— Объясни мне свою работу, — сказал он, пытаясь отогнать эту странную мысль. — Я понимаю, что ты судебный бухгалтер, но как ты оказалась на работе у адвоката по разводам?
Она не выглядела удивленной тем, что он знает все о ее работе.
— Я начала работать в бухгалтерской фирме. Почти сразу же меня перевели в группу судебной экспертизы. У меня есть странная способность. Видя лист, полный цифр, я сразу вычисляю ту цифру, которая кажется неправильной.
— Неправильной? — спросил он, нахмурившись.
— Когда кто-то показывает мне счета, в которых есть ошибка, мне кажется, что неправильное число мигает в моих глазах красным цветом. Я могу легко просканировать электронную таблицу и увидеть это. Затем я выясняю, откуда взялось это число, и иду по следу. Обычно я узнаю, что скрывает человек или компания.
— Как на одной из тех картинок «найди отличия»?
Она улыбнулась.
— Именно так. У чисел есть закономерности. Когда они не следуют им, это бросается в глаза.
Было что-то такое притягательное в том, как засветилось ее лицо. Она любила свою работу, и это было видно.
— Значит, ты работала в бухгалтерской фирме, — спросил он. Было странно, что он хотел узнать о ней так много нового.
— И меня позвали проконсультировать по делу о разводе. Парень прятал три миллиона долларов, и моей задачей было разыскать их. Он создал целую сеть подставных компаний, пытаясь скрыть то, что он делал. Потребовалось много времени, чтобы отследить все это. Но, в конце концов, мне это удалось, и судья заставил его заплатить.
— Похоже, ты этим довольна.
— В большинстве дел о разводе, над которыми я работаю, обычно присутствует дисбаланс сил. Мне нравится работать на стороне проигрывающих. Помогать людям выбраться из неудачного брака с надеждой на будущее. И да, есть немного злорадства в том, чтобы наказать плохих парней, — она пожала плечами.
— Ты бы чувствовала то же самое, если бы деньги прятала женщина, а мужчина был бы неудачником?
Холли кивнула.
— Да, чувствовала бы. Сейчас дисбаланс сильно смещен в одну сторону, но все постоянно меняется. Человеческая природа, есть человеческая природа. Богатые женщины с такой же вероятностью будут скрывать свои деньги от суда, как и богатые мужчины. Я работала над несколькими подобными делами.
— Ты — современный Робин Гуд.
Она засмеялась.
— Меня называли и похуже. Кое-кто однажды описал меня как крестоносца без плаща.