— Думаю, ты боишься быть слишком открытой, — он улыбнулся еще шире, как будто для того, чтобы его слова не звучали грубо.
— Может быть, я научилась на прошлых ошибках.
Запищал таймер духовки. Джош подошел и открыл ее, чтобы проверить блюдо, затем снова закрыл.
— Еще пять минут, — пробормотал он. — Хочешь еще воды? Или бокал вина?
— Вода подойдет, — она опустила взгляд на свой полупустой стакан. — Но налить вина было бы замечательно.
Он достал бутылку из холодильника, на этот раз обойдя барную стойку, чтобы наполнить бокал. Как только он приблизился, она почувствовала, что ее тело реагирует на него. Нервные окончания запульсировали под ее кожей, когда она вдохнула его терпкий, глубокий одеколон.
— Почему ты солгала, что не помнишь меня? — спросил он ее.
Холли сглотнула. Она и сама не была уверена, что знает ответ. Но была так рада, что перестала играть в эту игру. Ей стало легче с тех пор, как она рассказала ему правду в старом домике.
— Наверное, я не хотела, чтобы ты думал, что я тосковала по тебе все эти годы.
Как только эти слова прозвучали, она поняла, что это правда. И ей не понравилось, что она почувствовала себя уязвимой.
Джош усмехнулся.
— Уверен, что ты не сидела восемь лет у телефона в ожидании моего звонка. В конце концов, ты почти вышла замуж.
— Значит, ты слышал, как моя мама это сказала.
Конечно, слышал.
Еще одна правда, которую она не хотела признавать.
— Да, но я узнал об этом раньше.
Она перевела взгляд на него. Когда она сидела на барном стуле, а он стоял, разница в росте между ними была значительной.
— Когда ты узнал?
Он пожал плечами.
— Я ответила на твой вопрос, — заметила она. — Может быть, ты сможешь ответить на мой?
— Услуга за услугу, — он кивнул, его глаза не отрывались от ее лица. — Думаю, мы могли бы сыграть в эту игру. Но только, если ты обещаешь быть открытой и честной.
— Как Кларисса и Ганнибал (отсылка к фильму «Молчание ягнят»), — пробормотала она.
— И кто же из них ты? — его глаза сверкнули.
— Я еще не уверена.
Он поднял бровь.
— Я предлагаю сначала съесть тебя.
Она покачала головой, забавляясь.
— Ты любишь играть в игры, не так ли?
Его улыбка была разрушительной.
— Да, люблю. И, думаю, что ты тоже.