– Не боись, только четверо твоих любимых шмоков. – Оливер прошел на кухню. – Где у тебя стаканчики для виски?
– Умеешь устроиться, – заметил Амир.
Я застыл на пороге кухни, сунув руки в карманы.
– Зачем нам стаканчики для виски?
– Вот я дурак, – произнес Оливер, – я и забыл, что не у всех родители пьют столько же, сколько мои. – Он принялся демонстративно распахивать шкафчики и в конце концов над плитой обнаружил запыленные винные бокалы. – Годится. – Он выстроил их в ряд, изобильно налил.
– Нет, я не буду, – робко возразил я, когда Оливер указал на предназначенный мне бокал. – Я еще от того раза не отошел…
– Будешь, куда денешься. – Эван пододвинул ко мне бокал. – На счет три. Раз, два…
Все выпили. Я зажмурился, силясь не подавиться, схватил горсть чипсов, чтобы унять жжение. Мы снова и снова поднимали бокалы, каждый раз произнося скабрезные тосты. Я уже не отказывался. Вскоре кухня чуть накренилась.
– Я умираю от голода. У тебя есть что пожрать твоим милым пьяным друзьям? – Оливер добрался до холодильника и начал доставать оттуда все, что попадалось на глаза. Шницель. Картофельный кугель. Майонез.
Ноах тоже подтянулся к холодильнику и принялся подъедать остатки (их отыскалось немало).
– Слышишь этот звук, Дрю?
Амир с Эваном о чем-то громко спорили за столом. То ли об уголовных преступниках, вновь выпущенных на волю, то ли о правах, которые гарантирует вторая поправка к Конституции[179]. Я не прислушивался. Голова моя не то чтобы кружилась, но налилась алкогольным теплом.
Ноах выглянул из холодильника:
– Дрю?
– Слышу что? – Я потер глаза.
– Кто-то пришел. – Подбородок Ноаха был заляпан горчицей.
Оливер подошел к столу, налил себе еще виски.
Я схватил его за плечо:
– Ты же говорил, больше никто не придет.
Оливер нахмурился:
– Я так сказал? На меня не похоже.
– Оливер.
Снова стук. Оливер вытер губы тыльной стороной кисти и расплылся в пьяной ухмылке.
– Ну извини.
Ругаясь и хлопая себя по щекам, чтобы протрезветь, я поспешил из кухни к двери и осторожно посмотрел в глазок. На пороге, к моему изумлению, стояли Ребекка, Реми и София. Я сглотнул комок.
– Мы с подарками. – Реми протянула мне две бутылки водки “Смирнофф”, обогнула меня и пошла на голоса, доносящиеся из кухни.
Ребекка посмотрела мне в лицо и поежилась.
– Ты не знал, что мы придем, да? – спросила она. – О боже. Не убивай меня, Ари. Нас пригласил Ноах.
Из кухни вышел раскрасневшийся Ноах с дурацкой улыбкой.
– Оливер утверждает, будто ты именно это ему и сказала.
[179] Вторая поправка к Конституции гарантирует право на хранение и ношение оружия.