– Гамлет! – София пощелкала пальцами у моего лица. – Все в порядке?
Я моргнул, фокусируя зрение. Сунул в рот пригоршню мармелада. Светло-синего, ярко-оранжевого.
– Разве я плохо выгляжу?
– Ты зеленый.
Я просыпал мармелад на пол.
– Пора завязывать с мармеладом.
Она вновь окинула меня взглядом. Меня вдруг ни с того ни с сего потянуло объяснить, что я представил ей неточную версию себя. Что на самом деле я не такой – вот что мне хотелось ей сказать. Я совершенно другой. Сам не знаю, что на меня нашло. Сам не понимаю, куда меня понесло.
– Ты выглядишь почти так же плохо, как тогда у Оливера.
– Неправда, – возразил я. – Просто пьяный.
– При всем уважении, позволь с тобой не согласиться.
– Как я выгляжу, когда пьяный?
– Грустный. Слезливый.
В животе моем бурлила тошнота.
– Я их не звал, – тихо признался я.
– Знаю.
Я подался к ней:
– Я рад, что ты пришла.
– Безусловно, и это знак, что тебе пора спать.
– Нет, – неразборчиво выдавил я. – На самом деле мне хочется…
Стоя на четвереньках, я изрыгал разноцветный поток. Эван хохотал, Оливер записывал видео на айфон, щеки мои липли к мокрым плиткам пола. Реми в знак солидарности держала меня за руку, потом я очутился в кровати, потолок завертелся, свет погас, голос Софии то звучал громче, то затихал.
Проснулся я почти в два, солнце било в окно, резало глаза. Я лежал на нетронутой простыне, полуодетый, чувствуя, как голова наливается нестерпимой болью; из мусорной корзины разило. Я умылся, переоделся, вышел на кухню и, к своему изумлению, увидел Софию, она пила кофе и читала “Болезнь к смерти”.
– Какая же тягомотина, – сказала она, не поднимая глаза. – Спасибо, что бросил меня на все утро с таким нудным чтивом.
Я сел рядом с нею, силясь понять, что она до сих пор делает в моем доме. Сердце мое заколотилось от надежды. Быть может, она вернулась утром проверить, как я тут? Или вообще не…
– Чтоб ты знал, я спала в гостиной. – София явно заметила мое смятение. – С Реми.
– Реми здесь?
Я заглянул в гостиную. Реми растянулась на диване, белокурые волосы закрывали ее лицо.
– Она была еще хуже тебя, – пояснила София. – Надо было или оставить ее валяться здесь, или тащить к Ноаху.
– Я был настолько… буйный?
– Ты выблевал дикое количество мармелада.
– Фу.