— И что ты хочешь, чтобы я сделала за простыню, Роари? — спросила я, опускаясь на руки и колени и заглядывая через решетку в его камеру. Мои ушибленные ребра неприятно ныли от такого обращения, но я стиснула зубы против боли и старательно игнорировала ее. Металл был толстым и прочным, в нем были проделаны маленькие отверстия в форме звезд, чтобы воздух мог свободно проходить. Я догадывалась, что они хотели убедиться, что подавитель Ордена, которым они накачивали камеры, может легко проникать повсюду, но это также означало, что теперь я смогу видеть Роари, разговаривая с ним, если он встанет с кровати, чтобы присоединиться ко мне.
— Я уверен, что смогу придумать, чем ты можешь ее заслужить, — ответил он тем кокетливым тоном, о котором я мечтала, когда была младше. Не то чтобы я когда-либо признавалась, что была влюблена в него в подростковом возрасте, но если быть до конца честной с собой, то я была одержима. Каждый раз, когда он бывал у тети Бьянки и общался с моим кузеном Данте, у меня заплетался язык и я краснела. Но я больше не была той невинной девочкой.
Ладно, возможно, я никогда не была невинной, но я была девочкой-подростком, которую окружали тупые мальчишки, которые не могли справиться со мной.
Роари был настоящим Альфой, и за годы, прошедшие с тех пор, как его посадили в Даркмор, я поняла, что именно это мне в нем и нравилось. Меня тянуло к мужчинам, которые были мне ровней. Это свойственно Волкам. Мы жаждали партнеров, которые могли бы соответствовать нам, и было не так уж много мужчин, о которых я могла бы так сказать.
Оборотни обычно полиаморны со своей стаей в те годы, когда они еще не нашли свою истинную пару, но я перестала участвовать в стайных оргиях много лет назад. Для начала, три четверти моей стаи были моими родственниками, так что у меня в любом случае был выбор только между остальными двадцатью пятью процентами. И среди всех доступных мне вариантов я не нашла ни одного настоящего Альфы. Я просто не могла вызвать энтузиазма для секса с парнем, который не был мне ровней, а они, конечно, не могли справиться со мной в тех случаях, когда я пробовала. Кому нужен дерьмовый секс с парнем, который не может тебя возбудить, не говоря уже о том, чтобы довести до оргазма? Не я. И с тех пор, как я начала придерживаться диеты Альфа, я поняла, что пути назад нет. Не то чтобы их было так много, чтобы выбирать. Может, Солярия и полна могущественных фейри, но на каждого Волка, похоже, приходилась тысяча овец.
— Спустись и поговори со мной у вентиляционного отверстия, — сказала я, сдвигая бедра, чтобы поудобнее устроиться на полу.
— Ты хочешь смотреть мне в глаза, пока мечтаешь обо мне? — поддразнил Рори, но я все равно слышала, как он вылезает из своей койки.
Я раздраженно выдохнула. Эти дразнилки быстро надоели. Я больше не была для него маленькой девочкой, которую можно толкать и высмеивать. Я Розали Оскура, и я никому не позволяла выставлять себя на посмешище.
— Тебе нужно взять себя в руки, Роари, — пробормотала я. — Если ты всерьез думаешь, что я похожа на маленького щенка, которого ты толкал и высмеивал, то ты ошибаешься.
Роари перебрался на другую сторону решетки, лег и посмотрел на меня с ухмылкой на губах. Сквозь маленькие отверстия, при выключенном свете, было трудно что-либо разглядеть, но я могла видеть его гриву длинных темных волос, спадающих вокруг него, и озорной взгляд его глаз, от которого я когда-то теряла голову, когда мне было четырнадцать.
— Готова ли ты посвятить меня в свои коварные планы? — тихо спросил он, стремясь сохранить конфиденциальность нашего разговора.
— Они тебя не касаются, — легкомысленно ответила я. Хотя это было неправдой. Если я собиралась успешно сбежать из этого места, то мне нужен был он, и я была намерена забрать его с собой, когда буду уходить.
Не в последнюю очередь потому, что это была моя вина в том, что он оказался здесь, не то чтобы он когда-либо признавался в этом. Но в глубине души я знала, что это правда. Данте сказал мне остаться в тот день, но я отказалась, и из-за меня все пошло прахом. Рори не поймали бы, если бы он не защищал меня, и когда его увозили, я поклялась, что обязательно вытащу его из этого места. Я довольно поздно приступила к выполнению своего обещания, но за последние десять лет не проходило и дня, чтобы я не думала об этом.
Но было кое-что, что я должна была сделать до того, как мне придется привлечь его к своим планам, и я была рада заставить Львиного bastardo17 попотеть, пока я работала над этим. Он заслужил немного пыток за те годы, которые подарил мне. Я провела слишком много ночей, мечтая о том дне, когда он перестанет смотреть на меня, как на маленького ребенка, и поймет, что я идеально подхожу ему. И даже сейчас, когда я уже давно покончила со своими детскими фантазиями, он все еще смотрел на меня так же. Как будто я была каким-то ребенком idiota18, который цеплялся за его лодыжки. Stronzo19.
Я поджала губы, размышляя о том, что мне нужно сделать для осуществления своих планов, как только меня выпустят из этой камеры на ночь. Во-первых, и это самое главное, мне нужно было найти Сина Уайлдера. Все-таки именно он был тем, кого я пришла вытаскивать отсюда. По словам моего контакта, Джерома, его слишком долго держали в изоляции, хотя он не мог сказать мне, что такого он сделал, чтобы заслужить такое суровое наказание. Изоляция была тяжела для любого фейри, но для такого Ордена, как его, это было практически пыткой…
— Я имел в виду то, что сказал прошлой ночью, Роза, — вздохнул Роари, возвращая мое внимание к нему. — Это место пережевывает таких милых крошек, как ты, и выплевывает обратно. Я вижу, что ты изменилась, что ты стала сильнее, чем раньше, жестче, но не стоит недооценивать это место. Даже те, кто с виду дружелюбны, будут за чем-то охотиться. Даже если они будут радоваться твоей славе и купаться в ее сиянии. Здесь ничто не достается бесплатно. Все имеет свою цену…
— И какую цену заплатил ты, Роари? — спросила я, прикоснувшись пальцами к металлической решетке, так как почувствовала, что он о чем-то умалчивает.
Он долго смотрел на меня сквозь маленькие отверстия, а потом поднял руку и тоже прижал ее к решетке. Кончики его пальцев коснулись моих сквозь крошечные щели в металле, и мое чертово сердце подпрыгнуло от его прикосновения, как это бывало, когда мне было четырнадцать лет. Не то чтобы я позволяла себе это показать.
— Я заплатил больше, чем ты можешь себе представить, — вздохнул он в конце концов.
Прежде чем я успела что-то сказать в ответ, раздался громкий звонок, и я замерла, оглядываясь вокруг, гадая, что бы это значило.
— Нас скоро выпустят отсюда? — с надеждой спросила я.
— Пока нет. Этот звук означает, что в блоке находятся охранники. Они проведут подсчет, прежде чем нас выпустят, хотя для этого еще рановато.
Шаги загрохотали по металлической лестнице снаружи, и Роари улыбнулся мне, прежде чем отодвинуться от решетки и подняться на ноги.
Я последовала его примеру, опустилась на койку и села спиной к стене, ожидая прибытия охранников.
Мой взгляд зацепился за Плунжера на дальней стороне блока, когда он начал делать приседания своей волосатой задницей в направлении двери.
Я поборола желание блевануть и быстро отвела взгляд.
— Где Двенадцать? — раздался глубокий голос откуда-то с нижнего этажа, и я повернула голову в сторону двери. Голос был подозрительно похож на того засранца-охранника, который вчера обжег меня.
— Звучит так, будто ты отправляешься на встречу с Начальницей, маленький щенок, — пробормотал Роари.
— Правда? Дай мне только надеть диадему и попрактиковаться в реверансах, — ответила я.
Он фыркнул от смеха, когда по лестнице загрохотали шаги стражников — какой-то трусливый фейри выдал им мое местонахождение. Я повернулась в кровати, откинулась на матрас и заложила руки под голову, закрыв глаза, притворяясь спящей.