Нянюшка вытащила Грибо из его гнездышка среди прутьев.
— Да ведь Грибо и так почти человек, — сказала она.
— Ха!
— К тому же, это все равно продлится недолго. Хоть нас и трое, — добавила нянюшка. — И кстати, интересно посмотреть, сработает или нет.
— Да, но это неправильно, — указала матушка.
— Только не в здешних краях, — фыркнула нянюшка.
— Кроме того, — вдохновенно изрекла Маграт, — мы хорошие ведьмы. Значит, ничего плохого и неправильного мы сделать не можем.
— О, да, уж кто-кто, а мы-то хорошие, — скептически ухмыльнулась матушка. — Как же я, дура, забыла об этом.
Нянюшка выпрямилась. Грибо, понимая, что от него что-то требуется, выжидающе уселся и поднял морду.
— Матушка, ты должна согласиться, ничего лучшего нам уже не придумать, — привела еще один довод Маграт.
Матушка заколебалась. Из-под отвращения пробивался слабенький предательский огонек увлечения идеей. Кроме того, они с Грибо вот уже много лет сердечно ненавидят друг друга. Почти человек, говорите? Ладно, пускай понюхает, каково это, посмотрим, как ему понравится… От подобной мысли ей даже стало стыдно. Но не очень.
— Ай, ладно.
Они сосредоточились.
Как было отлично известно Лили, изменение формы объекта — один из сложнейших видов волшебства. Но с живым объектом все намного легче. Ведь как-никак, а живое существо уже знает, какая у него форма. И все, что вам требуется, это лишь изменить его мышление.
Грибо зевнул и потянулся. К его удивлению, собраться обратно он не сумел, а продолжил вытягиваться все дальше и дальше.
В мыслительные протоки его кошачьего мозга хлынул прилив веры. Грибо вдруг поверил, что он — человек. И это не было каким-то там мимолетным ощущением, будто он внезапно стал человеком, нет, он абсолютно поверил в это. И сила сей непререкаемой веры бурным потоком хлынула в его морфическое поле, сметая все возможные возражения, полностью переделывая само его естество.
Обратно ринулись новые инструкции.
Если он человек, то ему совершенно ни к чему вся эта шерсть. И он должен быть больше…
Ведьмы пораженно наблюдали за происходящим.
— Вот уж не думала, что у нас это получится, — наконец призналась матушка.
…Долой острые кончики ушей, усы слишком длинные…
…Мышцы должны быть больше, все эти кости неправильной формы, и ногам следует быть подлиннее…
А потом все кончилось.
Грибо разогнулся и, неуверенно покачнувшись, встал.
Нянюшка уставилась на него, разинув рот. Потом ее глаза опустились ниже.
— Ого! — только и смогла сказала она.
— По-моему, — решительно произнесла матушка Ветровоск, — нам стоит немедленно создать ему какую-нибудь одежду.
Это было достаточно просто. Наконец, удовлетворившись полученным результатом, матушка кивнула и отступила назад.
— Маграт, теперь можешь открыть глаза, — разрешила она.
— А я их и не закрывала.