— Спасибо, что успокоила!
— Всегда пожалуйста, — ответила матушка.
— Все сразу поймут, что я — никакая не она!
— Под маской никто ничего не разберет, — возразила матушка.
— Но у меня волосы другого цвета!
— Это дело поправимое, — махнула рукой нянюшка.
— Но у меня другие формы!
— Мы можем… — Нянюшка поколебалась. — А ты не можешь… ну, это… чуть-чуть надуться?
— Нет!
— Гита, у тебя случаем не найдется запасного платка?
— Думаю, Эсме, я могу оторвать кусочек от нижней юбки.
— Ох!
— На, держи.
— И хрустальные туфельки мне велики!
— А мне в самый раз, — сообщила нянюшка. — Я их уже примерила.
— Да ведь у меня нога куда меньше твоей!
— Ничего страшного, — откликнулась матушка. — Натянешь пару моих носков, и будет как раз впору.
Исчерпав все возможные отговорки, Маграт в полном отчаянии возопила:
— Но ведь я понятия не имею, как надо вести себя на балах!
Матушка Ветровоск вынуждена была признать, что она этого тоже не знает. Тогда она шевельнула бровями в сторону нянюшки.
— Помнится, ты в молодости частенько хаживала на танцульки, — намекнула матушка.
— Ну, — гордо промолвила нянюшка Ягг, преподавательница хороших манер, — главное, что тут надо делать, это хлопать мужчин веером — веер у тебя? — и периодически говорить нечто вроде: «О-ля-ля, сэр!». А еще хихикать. И, знаешь, этак хлопать ресницами. И надувать губки.
— И как же, интересно, я должна надувать губки?
Нянюшка Ягг продемонстрировала.
— Ох!
— Не волнуйся, — успокоила матушка. — Мы тоже там будем.
— И, по-твоему, я от этого буду чувствовать себя лучше?!
За спиной Маграт нянюшка протянула руку и тронула матушку за плечо. «Не получится, — произнесла она одними губами. — Она вусмерть перепугана. Уверенности ноль».
Матушка кивнула.
— Может, мне пойти вместо нее? — громко предложила нянюшка. — У меня по части балов большой опыт. Руку даю на отсечение, будь у меня волосы подлиннее, да маска, да эти самые блестящие башмачки, да еще мы бы подрезали платьишко на фут, никто бы ничего и не заметил. Ты как считаешь?