Три замужества вкупе с богатым на приключения девичеством снабдили нянюшку набедренными мускулами, способными колоть кокосовые орехи, — отдавшись на волю дисковому притяжению и крепко сжав ногами помело, нянюшка сначала кинула свое транспортное средство вниз, а потом снова вверх, описывая головокружительную петлю.
Матушка тем временем камнем летела в ущелье, одной рукой придерживая шляпу, а другой — юбки, под которые так и норовили залезть нескромные силы гравитации. Пришпорив помело так, что оно едва не треснуло, нянюшка схватила подругу за талию и, вновь набрав высоту, облегченно выдохнула.
Воцарилось долгое молчание, которое наконец прервала матушка Ветровоск:
— Не вздумай еще раз отколоть что-нибудь в этом роде, Гита Ягг.
— Обещаю.
— А теперь поворачивай. Нам еще надо на Ланкрский мост слетать.
Нянюшка послушно повернула помело, чиркнув прутьями по стенам ущелья.
— До моста лететь и лететь, — буркнула она.
— Ничего, до рассвета куча времени.
— А я говорю, не успеем.
— Гита, ведьма не знает, что такое неудача.
Они снова вырвались в чистое небо. По Краю Диска растекалась золотая полоска — полусонная заря, шаря по Плоскому миру, не торопясь сгребала остатки ночи.
— Эсме? — спустя некоторое время обратилась к подруге нянюшка.
— Да?
— Неудача — это когда тебе не везет.
На несколько секунд воцарилась неловкая пауза.
— Я говорила… как его… Фигурально, понятно? — наконец произнесла матушка.
— А… Ну. Так бы и сказала.
Световая кайма между тем становилась все плотнее и ярче. В первый раз за эту ночь червячок сомнения проник в чертоги матушкиного разума, однако, оказавшись в столь непривычной для себя обстановке, несколько растерялся.
— Слушай, Гита, а ты, случаем, не знаешь, сколько в Ланкре петухов? — тихо спросила матушка.
— Ты опять, это, фиге… фигорально?
— Нет, я серьезно.
Нянюшка выпрямилась. В Ланкре насчитывалось ровно тридцать два петуха глоткодерного возраста. Это она знала наверняка. Знала потому, что вчера вечером — или сегодня вечером? — дала Джейсону соответствующие указания. У нянюшки было пятнадцать детей, несметное число внуков и правнуков, а у тех в распоряжении была целая ночь, чтобы как следует подготовиться. Срок вполне достаточный.
— О, слыхала? Шум какой-то со стороны Захребетья?
Нянюшка с серьезным лицом оглядела затянутые утренней дымкой окрестности. В ранние часы звуки чувствуют себя весьма привольно.
— Слыхала что? — уточнила она.
— Странный звук… Что-то типа «курк-курк»…
— Да нет, вроде ничего не слышно. Матушка резко повернулась:
— А теперь оттуда… Нет, я точно его слышала. Этакое «ку-кар-р-р-ххх»…
— Не знаю, Эсме, — пожала плечами нянюшка, ухмыляясь предрассветному небу. — Кстати, прямо по курсу — Ланкрский мост.