– Разрешите? – спросил он, просовывая голову в дверной проём.
Полуоткатов разговаривал по телефону и, не прерывая разговора, призывно махнул рукой.
Он вошёл и тихо закрыл за собой дверь.
– Да-да, я в курсе, – говорил в телефон Семён Вадимович. – Знаю, конечно. Дешёвая проститутка она, вот кто, – он хохотнул, послушал, что ему ответили, и продолжил, – да. Ладно, братское сердце, меня работа ждёт, вечером созвонимся.
Он ещё раз кивнул на реплику, сказанную в трубке:
– Окей, пока дружище.
Договорив, Полуоткатов швырнул мобильник на стол и сказал:
– Ох уж мне эти нищеброды! Вечно норовят на хвост присесть к нормальным людям, или поныть в трубку о своих жалких проблемах. Знал бы ты, Витя, как заманали меня все эти друзья, – он изобразил жестом кавычки. – Продал бы их всех со скидкой в пятьдесят процентов на органы. Жаль, покупателей нет.
Полуоткатов расхохотался и Гендальев деликатно улыбнулся.
– Ладно, к делу. Да ты присядь, что стоишь как на оглашении приговора?
Виктор послушно сел на один из стоящих перед столом стульев.
Начальник принялся искать что-то на своём столе:
– Сейчас, погоди. Ты вчера всё запомнил, что я тебе говорил у судьи?
– Помощника, который в кабинет заходил? Да вроде бы запомнил, да.
– Хорошо, – сказал Полуоткатов, роясь в бумагах. – Да где этот сраный ключ?
Наконец он нашёл что искал, встал из-за стола и подошёл к стоящему у стены шкафу. Открыв нижнюю дверцу, он присел на корточки и сунул ключ в замочную скважину, спрятанного внутри сейфа.
Лязгнул замок. Семён Вадимович вытащил из сейфа бумажный пакет с надписью «Петух гриль».
– Смотри, Витя, сегодня в двенадцать ты должен будешь стоять позади кафе «Дуняша», что в центре, знаешь такое?
Кафе «Дуняша» было популярным, но дорогим местом.
Разумеется, Гендальев такое знает:
– Конечно, знаю, Семён Вадимович.
– Хорошо. Позади кафе арка в жилой двор. Будешь стоять в этой арке и ждать помощника судьи, которого вчера видел. Когда он подойдёт к тебе, отдашь ему это.
Он указал на пакет с надписью «Петух гриль».
– Тебе, конечно, интересно, что там внутри, а?
Гендальев смущённо потупился:
– Наверное, это ну… не моё дело, Семён Вадимович.
– Как то есть, не твоё дело? – Полуоткатов грубо расхохотался. – Слушай меня, Витя, слушай. Ты работаешь здесь чуть больше года, я для тебя чужой человек, то есть, абсолютно чужой. Даю тебе бумажный пакет из говёного фастфуда, в котором лежит нечто, тебе неизвестное. И это нечто ты должен передать человеку, которого тоже не знаешь. Как это не твоё дело, Виктор? – начальник сделал удивлённое лицо.
– Ну, вы же мой начальник, Семён Вадимович, – тихо сказал Гендальев.
Полуоткатов взглянул на него с какой-то даже жалостью и устало вздохнул, будто пытался объяснить простые вещи умственно отсталому.
– А если здесь наркотики, Виктор? Если здесь что-то запрещённое, с чем тебя могут взять мусора и посадить? Ты же знаешь, бывают нераскрытые дела, в которых обвиняемого отмазали, но за него ведь должен в таких случаях сесть кто-нибудь другой, верно? Ты ведь понимаешь, что бывают такие случаи, Виктор?