— Никому не расскажу. И мадам Ада никому не расскажет.
— Что не расскажет? — насторожился Борис.
— Ну то, что вы этого художника…
— Это не я.
— Не бойтесь. Я дала слово и не расскажу.
— Что не расскажешь?
— Мы её утопили.
— Кого утопили? — испугался Борис.
— Шпагу с вашими инициалами.
— Какими инициалами?
— «БА». Это ведь ваша шпага.
— У меня не было шпаги.
— Мадам Ада нашла её и, когда я случайно её увидела, взяла с меня слово, что я никому не расскажу, а я бы и так не рассказала.
— Это не моя шпага.
— Сама видела, на ней написано «БА». Вы ведь Борис Аристов. Но вы не бойтесь. Мы взяли лодку, отплыли и бросили её в воду.
Лимона увидала на журнальном столике белую юбку Вильмы:
— Какая красивая!
— Бери, если понравилась.
— Можно я примерю?
— Примеряй.
— Только вы не смотрите.
Она сняла с себя ярко-красную, скорее всего адину, юбку, взяла белую, но не успела начать ее примерять, как снова раздался дребезжащий звонок.
— Сегодня меня не забывают! — удивился Борис. — Не к добру это.
Лимона подбежала к окну:
— Это машина Кубика. Мне надо спрятаться.
— Иди на кухню.
И Лимона выскочила на кухню, забыв свою юбку на журнальном столике.
— Вот Вильма удивится, — подумал Борис. — Обе красавицы без юбок. Мулен Руж на дому.
49. Следствие не дремлет
Кубик поздоровался, наскоро осмотрел комнату, сел на стул: