— Вот творцов нам как раз и нахватало. И что же вы собираетесь творить, если не секрет?
41. Прямо в Лувр
Когда Леонард и Вильма поднялись на веранду, они невольно залюбовались живописной сценой: художник в белом костюме, Ада, у которой расстегнулись все пуговицы на блузке, и Григорий с мандолиной в руках.
— Натюрморт, — восхитился Леонард. — Такое прямо в Лувр!
До Григория наконец дошло:
— Да это тип по поводу ансамбля. Директор круиза. Белый. Мне говорили, что он ходит во всём белом.
Включилась Ада:
— Как добрались? У вас усталый вид.
— Со мной приключилось так много пренелепейших историй…
Григорий подошел к нему, похлопал по плечу:
— Надеюсь, все позади.
— Что значит позади? Не кажется ли вам, что мы попусту тратим время? Где девочки?
Григорий растерялся:
— Какие девочки?
— Пока еще не стемнело, я хочу видеть девочек. Ведите их сюда. Всех. Если их здесь нет, то я на худой конец хочу посмотреть на Афро… На худой конец я начну с Ады.
Ада остолбенела:
— Ада — это я. И что вы хотите начать со мной на худой конец?
— Сначала хорошенько рассмотреть.
— Такого я не позволю, — возмутилась Ада.
Леонард облокотился о перила веранды и застыл. Подошла Вильма:
— Ну как?
— Главное, чтобы не упал. Но говорит складно.
Мастер изобразительного искусства начал свирепеть:
— Соблаговолите пойти в спальню, мадам, и мы сразу приступим к делу. У вас в спальне хороший свет?
— Моя спальня не оборудована для публичных просмотров.
— Напрасно. Обнаженное тело лучше рассматривать при хорошем свете. Мне важно посмотреть, как обнаженное тело гармонирует с копьем, простите, с хлыстом…
Ада открыла рот:
— Хлыстом?!
— Хлыст — это застывшее движение.
Леонард представил себе голую Аду с хлыстом и мечтательно покачал головой. Вильма догадалась, о чем он подумал, и схватила его за руку: