Стреноженная Россия: политико-экономический портрет ельцинизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

29 июня 1999 г. новым и.о. (опять и.о. и опять «юрист» согласился!) назначили В. Устинова.

Прокурорская карусель завертелась «по-нашему». Заместителя Генерального прокурора М. Катышева отстранили в качестве куратора от следствия по «громким» делам – ввиду особой неуправляемости и принципиальности. Был отстранен от дела по «Мабетексу» следователь Г. Чуглазов, который, видимо, «не сумел понять важности политического момента».

Всеми этими перетрясками российская прокуратура была доведена до такого состояния, что она уже не могла беспрепятственно и безнаказанно для себя самой провести ни одного расследования, затрагивающего интересы кого-либо из высокопоставленных или даже просто известных личностей. «Наша прокуратура, – делает вывод Борис Погорелов – бывший следователь Генпрокуратуры по особо важным делам, расследовавший «громкие» дела по хищениям со стратегических объектов, – окривела на один глаз[653]¹.

Выступая в Государственной Думе 25 апреля 2001 г., В. Устинов, с одной стороны, обнаружил понимание того, что прокуратура окажется неспособной «брать под козырек» перед властью, если в рамках намечаемой судебной реформы надзорные функции будут переданы судам. С другой стороны, он, понимая логику бурных процессов во власти, не дистанцировался от противников тупиковых реформ, подчеркнув, что наши сегодняшние реформаторы попросту переписывают западные образцы, что угрожает развалом всей юридической системы страны, как это уже случилось с другими государственными сферами. Одна часть высказываний была воспринята реформаторами, другая – левыми.

«Дело» Скуратова, постепенно терявшее политическую актуальность, утрачивало и судебную перспективу. В мае 2001 г. оно было прекращено за недоказанностью вины.

«Прокуратура якобы меня прощает, – заявил «Известиям» Ю. Скуратов. – Но мне их прощения не нужно. За мной нет вины. Это дело с самого начала было политическим».

Что касается А. Ильюшенко, дело которого было прекращено вместе с «делом» Ю. Скуратова, то последний дал такой комментарий: «Принесли мне документы (Ю. Скуратов был в то время Генеральным прокурором. – Примеч. авт.), из которых было ясно, что Ильюшенко действовал не в рамках закона… С такими материалами я не мог не возбудить дело. Думаю, что, прекратив это расследование, прокуратура поторопилась. Я признаю только одну ошибку: не нужно было сажать Ильюшенко в тюрьму»[654].

Владимир Устинов возглавлял Генпрокуратуру шесть лет, воспринимая это ведомство как силовое подразделение Администрации президента – «око государево».

Однако в июне 2006 г. он был внезапно – «по собственному желанию» – отправлен в отставку. Главной причиной якобы немотивированной отставки В. Устинова, по мнению экспертов, явилась та, что Генпрокурор в демонстрировании исключительной активности «выпал» из президентской вертикали, перестал быть в полную меру «нашим». А это в контексте президентской кампании 2008 г. и возможного ухода президента со своего поста весьма опасно. Требовался неординарный ход.

Действительно, выступая в мае 2006 г. на плановом координационном совещании руководителей правоохранительных органов, которое проходило в Генеральной прокуратуре, В. Устинов, с точки зрения «демократов», взял на себя лишнее и озвучил поистине сенсационные откровения.

«Какую часть экономики или другой части жизни ни возьми, – заявил В. Устинов, – везде у нас преступные формирования». Это прозвучало как разорвавшаяся бомба, явилось фактически констатаций полной беспомощности государства, и в частности прокуратуры, в борьбе с этим злом.

Преступники переигрывают государство по всем направлениям, звучит голос Генпрокурора. Например, если властная «путинская» вертикаль выстраивается в стране «со скрипом», к тому же возникают большие сомнения в ее действенности и эффективности, то у организованной преступности с 1991 г. мелкие и разрозненные преступные группировки трансформировались в «строго вертикальные системы», имеющие обширные региональные и международные связи, а потому способные поражать различные формы жизни общества: политическую, экономическую, социальную и духовную. Совсем не кажется преувеличением мнение прокурора, что оргпреступность представляет для России не меньшую угрозу, нежели терроризм или наркоторговля.

Таким образом, вывод напрашивается сам собой, что в последние 15 лет в России строилось отнюдь не демократическое, правовое, как утверждалось, а криминальное государство. Не удивительно, что подобное саморазоблачение и самобичевание вызвало недовольство Кремля.

Следует рокировочка, «загогулина» в духе Б. Ельцина и кадровой традиции секретной спецоперации в духе В. Путина: Ю. Чайка возвращается в прокуратуру, а В. Устинов – в Минюст.

В июне 2006 г. Ю. Чайка был утвержден Генпрокурором России. Как «наш» прокурор Ю. Чайка «знаменит» не только лично[655], но и своими сыновьями. Сыновья Ю. Чайки являются фигурантами весьма скандальных историй.

Один сын, Артем Чайка, впервые прославился в 1999 г., когда сотрудники РУБОПа на его машине задержали двух ингушских вымогателей-бандитов с гранатой. Рэкетиров приговорили к шести годам лишения свободы каждого. Их связь с господином А. Чайкой не расследовалась, так как «к предъявленному обвинению отношения не имела». Фигурирует имя Артема Чайки и в скандале с крышеванием подмосковных казино. О бизнесе Артема Чайки СМИ часто писали как о бизнесе «решальщика от Генпрокуратуры».

Второй сын генпрокурора – тоже персонаж примечательный. В октябре 2010 г. журналистка П. Гвоздева не пропустила на трассе «Мерседес». Хозяин «Мерседеса», как две капли воды похожий на сына генпрокурора – Игоря Чайку, при виде такой «наглости» не поленился, поехал за ней до ее дома, представился сотрудником ФСО и угрожал неприятностями. Неприятности действительно были – к П. Гвоздевой нагрянули гаишники, обвинившие ее чуть ли не в нападении на представителя власти[656].

Как вы думаете, уважаемый читатель, что бы было в США с генеральным прокурором, если бы сын его упоминался в связи с делом о крышевании казино?

А в России все очень просто – кандидатуру Ю. Чайки, которому в мае

2011 г. исполнилось 60 лет и в соответствии с действующим законодательством он не может претендовать на должность государственного служащего, президент Д. Медведев внес в Совет Федерации для продления его полномочий на второй пятилетний срок. 22 июня Совет Федерации практически единогласно (128 сенаторов – «за», 5 – «против) вновь оставили в должности «нашего» прокурора.

В апреле 2012 г. Ассоциация депутатов России обратилась в Генеральную прокуратуру с Заявлением, в котором обращалось внимание на два вопроса.

Первый касался обоснования, что, начиная с 1990 г. и особенно после сентябрьско-октябрьского 1993 г. государственного переворота, для выборов на всех уровнях власти становится характерным подтасовывание результатов, фальсификация, одурачивание граждан России с помощью использования административного ресурса и грязных пиар-технологий.

Специальная комиссия Государственной Думы Федерального собрания Российской Федерации (май 1999 г.) по оценке соблюдения процедурных правил и фактической обоснованности обвинения, выдвинутого против Президента Российской Федерации, пришла к выводу, что действия Б.Н. Ельцина в сентябре – октябре 1993 г. являются «тягчайшим злодеянием против российского народа» и в соответствии с мировыми юридическими нормами не имеют срока давности.

По данному вопросу в Генпрокуратуру обратился также глава юридической службы КПРФ, требуя провести проверку легитимности выборов президента Российской Федерации 1996 г.

Второй вопрос касался уголовного дела по событиям сентября – октября 1993 г. В Обращении Ассоциации депутатов России обосновывалось, что уголовное дело № 18/12369–93 касалось лишь одной стороны – руководителей Верховного Совета РФ.

Ассоциация депутатов России полагает, что Генеральная прокуратура должна принять в свое производство дело по фактам, во-первых, «присвоения власти в Российской Федерации в 1993 и в 1996 гг., совершенным Б.Н. Ельциным», со всеми вытекающими юридическими последствиями и, во-вторых, особо выделить материалы, касающиеся виновников расстрела мирных граждан в событиях сентября – октября 1993 г.

В ответе Генеральной прокуратуры Российской Федерации (от 29 июня

2012 г. № 34п-60–93) информация по первому вопросу отсутствует. Что касается второго вопроса – возбуждения уголовного дела в отношении виновников расстрела мирных граждан в событиях сентября – октября 1993 г. сообщается, что «обстоятельства совершения массовых беспорядков в г. Москве 3–4 октября 1993 г. были предметом расследования уголовного дела № 18/12369–93… По результатам расследования 03.09.1995 г. вынесено постановление о прекращении указанного уголовного дела в соответствии с п. «в» постановления Государственной Думы Федерального собрания Российской Федерации № 65–1 от 23.02.1994 г. "Об объявлении политической и экономической амнистии" и п. 4 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР. Постановление является законным и обоснованным, оснований для его отмены не имеется».

Во-первых, никто, в том числе и Ассоциация депутатов России, не ставит под сомнение законность и не ставит вопрос об отмене постановления Генеральной прокуратуры от 03.09.1995 г. Речь идет о том, что уголовное дело № 18/12369–93 было возбуждено, а амнистия коснулась лишь одной, единственно «виновной стороны» стороны событий сентября – октября 1993 г. – арестованного руководства Верховного Совета Российской Федерации, расстрелянных соотечественников России, выступивших в защиту Конституции Российской Федерации и против государственного переворота, совершенного Б. Ельциным и группой лиц.

Другая сторона событий сентября – октября 1993 г., те, кто готовил известный указ № 1400 и исполнял его, кто приказывал опутать Дом Советов колючей проволокой «Бруно», расстреливать мирных граждан, не препятствовал вооруженной расправе над ними, получили высокие награды государства и до сих продолжают занимать ответственные государственные должности.

[653] Московский комсомолец. 2002. 31 января.

[654] Известия. 2001. 5 мая.

[655] См. подробно: Камышев В. Биография Чайки изобилует колоритными эпизодами, на фоне которых бледнеют грехи незадачливого «ходока» Скуратова // The New Times. 2007. 14 мая; Прокурорская крыша. Недостроенная // Новая газета. 2012. № 53. 16 мая.

[656] Студент, похожий на сына генпрокурора Юрия Чайки, угрожал журналистке разборками и лишением прав // gvozdeva. 06.10.2010; Как спастись от Чайки // «Радио Свобода». 08.10.2010; avmalgin, 13.10.2010. См. также: Латынина Ю. Опять Чайка // Новая газета. 2011. № 66. 22 июня.