– Греха никакого нет. Не нужно волноваться. Это не человек. Посмотрите, крови нет. Видите?
Артемий, Захар и Бориско дружно поглядели на то место на полу, где лежала голова убитого. Под головой, или точнее под тем, что от неё осталось, не было и следа от какой бы то ни было кровопотери. Даже ни лужицы, даже ни пятнышка. Лишь что-то наподобие лёгкого дымка вырвалось через дыру на волю. Немного потрещало внутри, пискнуло и издало звук остановившегося электронно-механического устройства.
В ту же секунду тело начало сдуваться. Как надувная игрушка, повреждённая во время неосторожной игры. Контуры одежды стала расползаться, а цвета блёкнуть, переходя в однородный светло-серый.
Бориско почесал затылок одной рукой и, указывая другой на происходящее перевоплощение на полу, чуть сипло произнёс:
– Это что ещё за фокусы? Он почему сдувается? Его арестовать надо было, а вы его ещё и убили!
Анатолий еле заметно ухмыльнулся.
– Зачем же вам активный модуль арестовывать? Если и арестовывать, то того, кто им управлял, а его здесь нет.
– А где же он? – не унимался участковый.
– Вот в чём он сюда прибыл, там он, скорее всего, и находится. Вы видели на улице возле храма то транспортное средство, на котором он прибыл?
– На автобусе он прибыл. Возле ворот стоит, – кивнул Захар.
– Девятый номер? – решил уточнить участковый.
– Он самый, – подтвердил сторож, клацнув замком ружья.
– Как же такое может быть, – удивлению Бориско не было предела, – судя по всему, этот водитель с этим самым автобусом должен сейчас находиться совсем в другом месте…
– Вот ведь, Фома неверующий, – простодушно отозвался Захар, – говорят же тебе, что водитель этот вовсе не водитель. Так, кукла управляемая, орудие убийства. А автобус этот – и не автобус вовсе. Точно?
Сторож повернулся к Анатолию, понимая, что больше их всех знает именно он.
– Абсолютно. Так же, как и мой внедорожник – всего лишь видимость. Отличный камуфляж, имитация, мимикрия.
Захар его перебил:
– Да поняли мы, поняли. Что с этим-то делать?
И указал на полностью сдувшуюся оболочку модуля. Сейчас то, что когда-то двигалось и грозило расправой, напоминало собой серый водолазный костюм без швов и молний.
– Прибери куда-нибудь. Я потом заберу. Зачем он вам.
– Нам он ни к чему, – согласился Захар.
Перекинув ружьё на ремне через плечо за спину, сторож склонился к полу и принялся скатывать, словно старый рабочий комбинезон, то, что Анатолий называл активным модулем.
– А топорик я, пожалуй, приватизирую. Пригодится.
У Артемия как будто щёлкнул внутри невидимый тумблер, и он включился в реальность.
– Значит, это не убийство? Не случилось греха?
– Не случилось, батюшка, – спокойно подтвердил Захар, беря под мышку скатанную оболочку и топорик. И тут же обратился к участковому:
– Пойдём, товарищ лейтенант, поглядим на инопланетный корабль в земном обличии, – и, обернувшись лицом к образам, перекрестился и добавил, – прости меня, господи.
– Пойдём, поглядим, – согласился Бориско. – Даже интересно: выглядит как автобус, а на самом деле не автобус? Бред какой-то.
– Нет, это не бред, – уверенно ответил Анатолий, – это реальность сегодняшнего дня. И никто не сошёл с ума. Поймите: главное – это то, что вы остановили цепь убийств, мешающих естественному ходу событий. Только теперь всё встанет на свои места, и предсказание сбудется. Исполнится воля, предначертанная моей культурой.
– Какая воля? – сдвинув брови, недоверчиво переспросил Бориско.