– Думаете, поймают? – теперь уже спросил священнослужитель.
– Поймают, никуда он не денется, – с какой-то излишней, даже показушной уверенностью кивнул Бориско. – Вот я вас предупредил, как мне положено по предписанию. А вы, батюшка, если заметите, что ошивается где-нибудь поблизости такая вот личность, то сразу же телефонируйте. На ориентировке телефончик имеется.
И лейтенант вновь протянул Артемию листок с фотороботом.
– Да не нужно, я его запомнил, – отмахнулся Артемий.
– А телефон?
– А телефон тоже запомнил. И записан он у меня где-то. На всякий случай.
– Это правильно. Вполне разумно. И всё же листок возьмите. Не помешает, уверен.
– Может быть, здесь его у нас и поймают? – остановившись на месте, неожиданно спросил Артемий.
Лейтенант, тоже остановившись, молчал, искренне не зная, что ответить. Наконец, замотал головой и, смешно насупив лицо, ответил:
– Да нет, это вряд ли. Не исключено, конечно, но вряд ли…
– Почему же? Чем мы хуже других областей?
– Тут не в областях дело. Кто в нашу глухомань полезет. Шахтёрский городишко.
– А вы разбираетесь в психологии маньяков? – не сдавался Артемий.
– Ну, – смутился участковый, – в школе милиции мы, конечно, что-то такое проходили. Но это когда было.
– Вот я об этом и говорю. Человек предполагает, а бог располагает.
И священник тут же осёкся. Сравнение было явно не к месту. Участковый это заметил по лицу собеседника.
– Чёрт, скорее всего, – почему-то тихонько поправил Артемия он.
– Упаси, господи.
Артемий перекрестился, а Бориско снял фуражку и вытер лоб платком.
– В общем, – участковый старался говорить бодро, – я вас предупредил, поставил, так сказать, в известность. Будьте бдительны. Всё понятно?
– Более чем, – кивнул Артемий.
– Прекрасно. Листок возьмите. Может, получится куда-нибудь прилепить.
– На тополе возле ворот приклеим. Там много кому видно будет.
– Ещё лучше. Благодарю за сотрудничество.
– С божьей милостью, – ответил священник.
Участковый протянул руку. Артемий слегка помедлив, пожал её. Несколько секунд постояли молча.
– Вы, это, – наконец, мягко проговорил Бориско, – берегите себя.
– Хорошо. Господь наш милостив.
– Ну, да… Ну, да…
И участковый зашагал прочь.