Сталин и Военно-Морской Флот в 1946-1953 годах: читать начало книги онлайн

Глава первая

Реформа ВМФ 1946 года

Едва отгремели последние залпы Великой Отечественной войны, как Сталин принялся за реорганизацию ВМФ. Первый этап реформирования И.В. Сталиным коснулись непосредственно двух флотов – Балтийского и Тихоокеанского, которые разделили. Балтийский флот разделили 15 февраля 1946 года, а Тихоокеанской несколько позднее – 17 апреля 1947 года. Так Балтийский флот был разделен на два самостоятельных флота – Южно-Балтийский (с 1947 года стал называться 4-м ВМФ) и Северо-Балтийский (с 1947 года стал называться 8-м ВМФ). К Южно-Балтийскому флоту отошли военно-морские базы в Балтийске (штаб флота и главная база), Лиепае, Усть-Двинске. К Северо-Балтийскому флоту отошли военно-морские базы в Таллине (главная база), Поркалла-Удде, а так же Кронштадская крепость и Ленинград. Штаб Северо-Балтийского флота был размещен в Таллине. Что касается Тихоокеанского флота, то он был разделен на 8-й ВМФ и 5-й ВМФ. К 8-му ВМФ отошла вся оперативная зона ответственности от Анадыря до острова Хоккайдо, включая Сахалин и Курильские острова. Главной военно-морской базой 8-го ВМФ была определена Советская Гавань.5-й ВМФ контролировал Японское и Желтое моря и Корейский пролив, с военно-морскими базами Владивосток (где разместился штаб флота) и Порт-Артур.

Если с понижением статуса Наркомата ВМФ все в принципе ясно, то чем было вызвано столь необычное решение И.В. Сталина относительно дробления флотов, на первый взгляд, совершенно не понятно. На исторических сайтах я встречал вполне серьезные утверждение, что разделение, а потом объединение флотов, было, якобы, инициировано самими адмиралами, которые жаждали новых высоких должностей, что не соответствует истине, т. к. адмиралы, в лице Н.Г. Кузнецова, наоборот, данному решению всячески противодействовали. На страницах интернета я встречал даже такое заключение, что реформирование флотов являлось этаким «военно-морским аналогом» политики укрупнения и разукрупнения колхозов, присоединения и отсоединения от них МТС…

Из воспоминаний Н.Г. Кузнецова: «В один из дней весной 1946 года у меня состоялся разговор со Сталиным по телефону. Он предложил разделить Балтийский флот на два. Сначала я, как всегда, попросил время подумать, а потом, дня через два, ответил ему, что считаю это неправильным. Театр небольшой и с оперативной точки зрения неделимый. Сталин, как выяснилось позднее, остался моей позицией недоволен, но тогда, ничего не сказав, повесил трубку. Я еще не догадывался, что «быть грозе».

Что же происходило за кулисами, как это известно теперь? А.И. Микоян, не знаю, по своей инициативе, или по поручению Сталина, решил переговорить на эту тему с И.С. Исаковым. Тот, узнав позицию Сталина, счел более благоразумным согласиться с нею, хотя это не укладывалось ни в какие рамки нормальной точки зрения адмирала, хорошо подготовленного в оперативном отношении. Исаков, при его прекрасных отдельных качествах, всегда опасался за свое служебное место. К тому же он был честолюбив и («греша перед своей совестью», по его же словам, в те дни выступил против меня, лишь бы не идти против течения. Позднее (когда у власти был Н.С. Хрущев) он сжег записки (25 посещений Сталина), относящиеся к встречам его со Сталиным. В другой раз объявил в печати авианосцы «покойниками», а мне, смущаясь, говорил, что это дело редакции. Чепуха! Исаков знал, как вести дела с редакциями.

Сталин, которому была доложена точка зрения Исакова, приказал рассмотреть этот вопрос на Главном военно-морском совете. Послал туда А.А. Жданова и А.И. Микояна. Все моряки были согласны со мной, кроме И.С. Исакова, хотя и тот только воздержался.

Это один из примеров, когда принималось «волевое» решение, что я признаю иногда необходимым. Но в данном случае А.А. Жданов и А.И. Микоян, не являясь специалистами, могли поддержать мнение Сталина, а решающую роль сыграл высококвалифицированный адмирал И.С. Исаков.

Вызванные на следующий день в кабинет к Сталину, мы докладывали ему свое мнение. Еще в приемной я почувствовал, что в воздухе пахнет грозой. А.Н. Поскребышев (секретарь Сталина – В.Ш.) несколько раз, пока мы сидели, бегал на звонок из кабинета и возвращался сердитым. «Не в добрый час», – подумал я и, к сожалению, не ошибся. Уже предварительное обсуждение нашего флотского вопроса с ближайшими помощниками испортило настроение Сталину, и теперь он ждал тех, на кого собирался сыпать свои упреки и таким образом разрядиться. А когда, войдя, я встретился с ним взглядом, уже не оставалось сомнения – быть грозе.

Я остался на своих позициях, будучи глубоко убежденным в своей правоте. И.С. Исаков молчал, А.И. Микоян, сославшись на него, сказал, что Исаков за предложение Сталина. Сталин начал ругать меня, а я не выдержал и ответил, что, если я не подхожу, прошу меня убрать. Сказанное обошлось мне дорого. Сталин ответил: «Когда нужно, уберем», и это явилось сигналом для подготовки последовавшей позднее расправы со мной. Правда, снят я был почти год спустя, но предрешен этот вопрос был именно на том злополучном совещании.

Оглядываясь назад, я прихожу к выводу, что поступил так, как надлежит поступать честному человеку. А как бы поступил теперь? Безусловно, я, как и тогда, высказал бы свое мнение, однако постарался бы не горячиться. Позднее моя точка зрения была признана правильной, и два флота на Балтике снова объединены, но голова моя была уже (по первому разу) «снесена».

Для начала отметим, что замысел вождя вообще тогда мало кто понял. Но самое удивительное, что его не понял даже недавний Нарком ВМФ Н.Г. Кузнецов! О чем он подробно и пишет в своих мемуарах, выставляя Сталина капризным глупцом и авантюристом. Однако Сталин не был, как известно, ни авантюристом, ни дилетантом. Если он принимал какое-то важное решение (а решение о разделе флотов было из разряда решений стратегических!), то всегда все досконально обдумывал и взвешивал. Итак, у Сталина был некий свой, вполне определенный замысел. Причем этот замысел вождя почему-то остался непонятен Наркому ВМФ. Естественно, возникает вопрос, почему же Сталин не посвятил Н.Г. Кузнецова во все тонкости своего замысла? Ответ на этот вопрос у меня может быть только один – он считал, что Нарком ВМФ, в силу своего опыта и служебного положения, сам поймет, для чего все задумывается, а поняв, приложит все силы для быстрейшего внедрения новой структуры.

Если верить мемуарам Н.Г. Кузнецова, то, когда Сталин объявил ему свое решение, тот не только ничего не понял, но и встал в позу обиженного. Для Сталина непонимание Кузнецова, и его поведение стало полной неожиданностью, тем более, что адмирал флота И.С. Исаков все сразу понял и замысел Сталина поддержал.

Отметим, что, не найдя понимания у Кузнецова, Сталин не стал рубить с плеча, а поручил заместителю Председателя Совета Министров СССР А.И. Микояну, переговорить по вопросу разделения Балтийского флота с адмиралом И.С. Исаковым. Выслушав Микояна, Исаков соглашается с аргументами собеседника. Но ни Микоян, ни Исаков также не смогли переубедить Кузнецова. При этом Кузнецов не только выступил против сталинского решения. Он начал фактически саботировать полученный приказ. Выше мы уже говорили подробно о ситуации при которой был смещен Н.Г. Кузнецов и ее причинах. Думаю, к этому остается добавить, что, возможно, среди прочих причин было и то, что Кузнецов, изначально не поняв замысла Сталина, даже не попытался их понять в дальнейшем. Мы уже писали, что по многочисленным воспоминаниям соратников Сталина, известно – если при обсуждении какого-либо важного государственного вопроса, оппонент приводил убедительные аргументы, вождь, как правило, к ним прислушивался.

Военно-морской министр СССР Н.Г. Кузнецов на маневрах Черномосркого флота. Послевоенные годы

Подобное происходило ранее ни один раз и с Кузнецовым. Но в данном случае, неожиданно для Сталина, тот продемонстрировал не только полное непонимание поставленной перед ним стратегической проблемы, но и откровенное нежелание ее решать. Какой спрашивается, должна была быть на это реакция Сталина?

Кстати, в данном контексте совсем по-другому видится позиция адмирала флота И.С. Исакова. В своих мемуарах Н.Г. Кузнецов открыто обвиняет его в соглашательстве со Сталиным, в предательстве интересов ВМФ, в подхалимстве, в угодничестве и в чрезмерном честолюбии, а кроме этого в неладах с собственной совестью. Обвинения, прямо скажем очень серьезные! Адмирал флота Советского Союза И.С. Исаков, к сожалению, своих воспоминаний не оставил и постоять за себя не может. Ну, а так как всякие мемуары субъективны, то мы не знаем, было ли все именно так, как пишет Кузнецов, или же несколько иначе. Был ли И.С. Исаков таким негодяем и беспринципным подхалимом, как описывает его в данном случае Н.Г. Кузнецов? А может просто, в отличие от Кузнецова, Исаков сразу же понял замысел Сталина и именно поэтому принял его сторону? Почему Кузнецов безапелляционно заявляет о своей правоте и неправоте всех своих многочисленных оппонентов. Навешивая на них походя ярлыки: Сталин – в его описании – это выживший из ума маразматик, Исаков, как мы уже говорили – беспринципный холуй и приспособленец, А.А. Жданов и А.И. Микоян – чиновники, ничего не понимающие в военно-морском деле и исполнявшие любой каприз вождя.

Следует отметить, что ничего не понял из сталинской задумки не один Н.Г. Кузнецов. Из воспоминаний адмирала В.И. Платонова: «Реализация опыта Великой Отечественной войны в послевоенном строительстве флотов, баз, кораблей и авиации не всегда проходила гладко. В спешке часто делали ошибки. Так нам, морякам, предложили разделить Тихоокеанский и Балтийский флоты. Среди военно-морских специалистов эта идея поддержки не встретила, поскольку флот как оперативное объединение должен быть маневренным и появляться там, где объявился враг, ему чуждо пассивное ожидание неприятеля в отведенной зоне. Когда вопрос о разделении флотов решался в правительстве, главком ВМС был болен и не присутствовал на этом совещании, а направил туда начальника Главного штаба ВМС адмирала С.Г. Кучерова с указанием отстаивать точку зрения флотского командования. За твердость в защите мнения моряков, как рассказывал впоследствии Степан Григорьевич, он тут же, на совещании, был отстранен Сталиным от должности. Так были образованы 4-й и 8-й флоты, с главными базами в Балтийске и Таллинне и 5-й, и 7-й, с главными базами во Владивостоке и в Советской Гавани»

Честно говоря, сложно понять, как представлял себе адмирал Платонов «оперативное маневренное соединение кораблей», которое будет лихо носиться от Чукотского моря до Южно-Китайского и обратно. Пока это маневренное соединение до одного края доберется, и война закончится… И при чем здесь многозначительное и малопонятное «чуждо пассивное ожидание неприятеля в отведенной зоне? Почему «чуждое» и почему «пассивное»? Почему при наличии одного флота можно действовать активно. А при наличии двух – нельзя? Неужели адмирал Платонов не понимал, что 4-й ВМФ создан именно для того, чтобы именно лихо атаковать противника в его водах?

А вот еще одна беда, о которой говорит адмирал Платонов: «Разделение флотов привело к тому, что каждый из них оказался вполовину слабее прежнего, штабы береговых учреждений удвоились так, что офицерских должностей на берегу оказалось больше, чем на кораблях, появились серьезные трудности с размещением тыловых органов и с расквартированием. Кроме того, возникли задачи, решить которые можно было только объединенными усилиями двух флотов, что требовало согласования работы штабов и координации действий в море. Следует отметить, что новая организация так и не прижилась, хотя просуществовала в течение ряда лет». Опять полное непонимание.

Иван Степанович Исаков

В своих воспоминаниях В.И. Платонов сетует на снятие с должности начальника Главного Морского штаба адмирала С.Г. Кучерова. Если верить Платонову, то Кучерова «подставил» кузнецов, который сославшись на болезнь направил своего подчиненного отстаивать свою точку зрения. Сталин рассвирепел и Кучерова сняли с должности. На самом деле мы уже писали о том, что по признанию ветеранов ВМФ Кучеров являлся самым слабым начальником Главного Морского штаба (и ГШ ВМФ соответственно) за все время их существования, получив соответствующе прозвище – «всадник без головы». Того же мнения был и Сталин, которому, разумеется, не стоило большого труда разобраться в некомпетенции Кучерова, которого он назвал почти так же – «адмирал без головы». Так что причиной снятия адмирала С.Г. Кучерова с должности, была вовсе не его храбрость в отстаивании интересов своего шефа, а дремучий непрофессионализм. Что касается Платонова, то его обиду за Кучерова понять можно – оба адмирала вместе прослужили всю войну на Севере и дружили. С потерей должности Кучеровым, Платонов автоматически лишился своего человека в московских кругах.

Заметим, что Н.Г. Кузнецов в своих мемуарах о том, как он направил вместо себя на важнейшее совещание некомпетентного и презираемого Сталиным начальника штаба, почему-то умалчивает. В воспоминаниях весь гнев Сталина Кузнецов принимает только на себя.

В своих воспоминаниях адмирал флота Г.М. Егоров пишет о трудностях, возникших после разделения флотов «…в начале 1946 г. произошло разделение Балтийского флота. Вместо одного стало два – 4-й и 8-й. Следовательно – два штаба, два тыла и вообще всего по два, кроме сил флота, ведь простым распоряжением количества боевых кораблей не удвоишь! Флот – это не только корабли. Это сложнейший организм с массой различных учреждений: административными органами, многочисленными обеспечивающими службами, тылом. Существуют пропорции численности личного состава частей и соединений флота, а также обеспечивающих их береговых частей…» Все это так, но почему-то Г.М. Егоров не написал с какой целью это было сделано, ведь не для того, чтобы просто удвоить береговые штаты!

Ну, а теперь настала пора разобраться, что же на самом деле предложил в 1946 году И.В. Сталин, поддержанный И.С. Исаковым, А.А. Ждановым и А.И. Микояном. Все ли выглядело столь глупо, как это описал Н.Г. Кузнецов в своих мемуарах.

Итак, почему же Сталин решил реформировать именно Балтийский и Тихоокеанский флоты, но не тронул Северный и Черноморский? По одной из версий после окончания войны И.В. Сталину просто нужна была синекура для оставшихся не у дел многочисленных адмиралов. А два новых флота позволяли пристроить несколько десятков адмиралов. Да, на самом деле, в первые послевоенные годы проблема трудоустройства тысяч и тысяч генералов военного времени действительно стояла. Маршал Тимошенко, например, пошел руководить заштатным Барановичским округом, а маршал Г.К. Жуков второстепенным Одесским. Именно поэтому, одновременно с увеличением числа флотов, было и резко увеличено число военных округов. Их число было доведено до 29, не считая групп войск. Причем появились такие «экзотические» округа, как Орловский, Горьковский, Смоленский и Таврический. Но дело в том, что в ВМФ как раз такая проблема стояла меньше всего. Дело в том, что если многомиллионная армия военного времени в 1946–1947 годах начала стремительно демобилизоваться, то в ВМФ сокращать было особо нечего. Да, были ликвидировано большинство соединений морской пехоты, возвращены в народное хозяйство мобилизованные на время войны суда, но не более того. Корабельный состав был и так настолько мал, что командование продолжало оберегать даже корабли дореволюционной постройки.

Оговорюсь сразу, что разделение Балтийского и Тихоокеанского флотов не было следствием какой-то одной, пусть даже очень важной причины. Разделение флотов явилось следствием целого комплекса военно-политических, экономических и социальных причин.

Напомним, что именно Балтийский и Тихоокеанский флоты, по результатам Второй мировой войны, существенно расширили сферу своих оперативных интересов – Черноморский и Северный флоты остались действовать в границах довоенных ТВД.