Повесть об отце: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как-то весною 1917 года в Барнауле появился возвращавшийся из сибирской ссылки известный историк, профессор Московского университета Н. А. Рожков. Отец с ним познакомился на его лекции в Народном доме, позвал к себе, и они, а также целая группа почитателей, сидели до трех часов ночи. Историк рассказал немало любопытного, в частности о старце Федоре Кузьмиче, которого легенда сделала царем Александром I, и о других загадках прошлого. Но он с интересом слушал и отца, назвав его, как запомнила мать, «живым каталогом». Николай Александрович спросил отца:

— А вы пишете ли? — и, бегло посмотрев несколько рассказов Малютина, профессор взял их с собой:

— Я, — сказал он, — там, в Новониколаевске, нелегально состою редактором областной газеты «Голос Сибири», посмотрим и, что подойдет, поместим.

Малютин достал с полки книги Рожкова «Город и деревня в древней Руси», «Происхождение самодержавия» и попросил автограф.

— Где вы их нашли? — удивился автор книг.

— У букинистов на толкучке.

Николай Александрович вынашивал идею — открыть книжный магазин, где бы «живой каталог» стал заведующим, но ей не суждено было осуществиться.

Посчастливилось познакомиться также с Владимиром Александровичем Поссе, приезжавшим в 1913 году читать лекции по литературе и кооперации. Его сильно интересовал «Алтайский союз маслодельных артелей». Помимо детального ознакомления с состоянием этого дела, в планы Поссе входило чтение лекций «Любовь в произведениях Л. Н. Толстого». Присутствовавшего на лекциях отца изумила чрезвычайная живость, подвижность и эрудиция лектора: он все лекции читал на память. В неопубликованных воспоминаниях отца есть любопытные страницы:

В 1915 году Малютин отправил первое письмо Спиридону Дмитриевичу Дрожжину, стихи которого кропотливо отыскивал с 900-х годов в журналах «Детское чтение», «Юная Россия», «Север». В нашей семье и взрослые и дети любили их наравне с песнями Кольцова, Никитина и Сурикова. Отец писал низовскому соловью о «святых порывах ввысь», о «муках слова, муках пленницы-мысли, бьющейся за железной решеткой своей темноты, своего незнания, как выпустить ее на свободу»… Были такие строки: «Я страстно люблю книги и люблю тех людей, которые вкладывают в них свою душу…» С радостью сообщалось о том, что в библиотеке Школьного общества имеется немало сборников Дрожжина.

Скоро из Низовки пришел сердечный ответ, а затем книжка «Из мрака к свету» с надписью: «Детям одного из родственных душ в постоянном стремлении выбиться «из мрака к свету», многоуважаемому Ивану Петровичу Малютину на добрую память от автора С. Дрожжина, д. Низовка, 25-го ноября 1916 года», потом книга «Четыре времени года» тоже с автографом. Переписка длилась вплоть до кончины Спиридона Дмитриевича в 1930 году.

Малютин сообщал Дрожжину о сибирской жизни, о поездках в деревню и любви к природе. «Господи! Сколько простора, приволья и богатства в Сибири!» — восклицал он в одном из писем. «Дни идут, как черновики какие-то с помарками. А чистой настоящей жизни еще не видать», — характеризовал отец свое дореволюционное житье. И все-таки, если можно говорить о расцвете поэтического творчества самоучки, то такой расцвет он пережил именно в барнаульские годы, когда писал больше обычного и печатался в журнале «Алтайский крестьянин», в газетах «Голос Алтая», «Алтайский край», а также за пределами Сибири. В эти годы отец был еще крепким сорокалетним мужчиной, хотя невзгоды изрядно посеребрили черные кудри. Его муза, вскормленная поэзией Некрасова и некрасовской школы, была целиком обращена к народу, говорила с народом и от его имени. В некоторых стихотворениях использовались эпиграфы из Лермонтова, А. Толстого и особенно из Некрасова, встречались перефразированные выражения из революционных песен, порою звучал их ритм:

Обычные образы — забытый смертью старик, еще на барском дворе видевший «ругань, розги, кровь» («Бобыль»), разорившийся пахарь («Одинокий»), обитатели «жалких убогих селений» и «темных подвалов сырых» («Буран», «Ночью»).

Поэт скорбит о там, что пахарь многотерпелив («Из современных былин»), что он нередко ищет выхода в вине («В город»,«Мужик»). Однако, как и великий наставник Некрасов, он убежден, что Русь — не только бессильная, но и могучая:

В этих стихах, помещенных в «Жизни Алтая», горькая доля угнетенных масс, таящих нераскрытые силы, подчеркивается контрастным сопоставлением с изнеженностью сытых, а также и начинающим каждую строфу параллелизмом с суровыми явлениями природы.

Желание, чтобы труженик скорее «осерчал» и взялся за «дубину» для завоевания «хлеба, воли, света» («Если…», «Мы с каждым днем чего-то ждем»), так велико, что никакая красота природы не может отвлечь от него. Показательно стихотворение типа философского размышления «На высокой горе», в котором слышны отзвуки «звездных песен» поэта-революционера Николая Морозова:

Автор мысленно перелистывает страницы истории человечества, размышляет о возникновении мира, о борцах за правду. Скорбные раздумья сменяются оптимистическим финалом:

Эти стихи, опубликованные в газете «Алтайский край» (1912 г.), заставляли задуматься и читателя.

Боль за поруганную справедливость живет в сердце всякого честного человека («Правда»), но необходима именно война за нее. Вечного поклонения достойны те, кто отдает этому все силы. Таков поэт-народоволец П. Ф. Якубович, для которого лира была и мечом, разящим деспотизм. Ему посвящено одно из лучших стихотворений Малютина «Памяти П. Ф. Якубовича-Мельшина». Этот живой отклик на смерть Якубовича (1911 г.) был в свое время направлен в «Русское богатство», причем издававший этот журнал Короленко через Крюкова ответил автору, что печатать нельзя — «придется судиться».

В 1912 году решил поместить эту вещь редактор «Алтайского края» В. А. Шпунтович. Газета была оштрафована на сто рублей.

Это стихотворение — гимн бесстрашию и мужеству поэта-борца — нашло горячий отклик в сердцах рабочих, крестьян, передовой интеллигенции: номер газеты широко распространялся по Алтаю.

Несмотря на то, что «Алтайский край» пострадал за стихи о Якубовиче, автор и редактор были неугомонны. Недели через две Малютин принес в редакцию новое стихотворение с еще более острым содержанием — «Два потока». Умный читатель без усилий разгадывал аллегорическую загадку: длящийся «от созданья мира» спор двух потоков олицетворял непримиримый антагонизм враждующих социальных сил. В рамках этой аллегории автор прямо обращался к правящей верхушке:

Газета была закрыта, а редактор и сочинитель очутились в тюрьме. Их судили в окружном суде, но амнистировали по случаю трехсотлетия дома Романовых. В неопубликованных воспоминаниях о Ф. Д. Крюкове, где изложена история этих произведений, Малютин упоминает, что ему «пришлось все-таки во избежание неприятностей на некоторое время уехать в деревню».

«Два потока» также имели громкий общественный резонанс. Недавно литературные следопыты Барнаула нашли эти стихи в альбоме старожила Г. И. Ускова, когда-то работавшего в типографии и помнящего всю эту шумную историю.

К лучшим стихотворениям Малютина можно отнести «В океане», появившееся в газете «Жизнь Алтая», где печатались Г. Гребенщиков, А. Высоцкий, В. Шишков, Вл. Бахметьев, Г. Вяткин, П. Драверт, И. Тачалов.

Поэт говорит:

Пусть даль неизвестна и туманна — жажда жизни и борьбы непреодолима!

Поэт не уставал призывать к этому. Так, в 1911 году рядом со стихотворением П. Драверта «Серые гуси» в «Жизни Алтая» напечатано «К молодежи» Малютина, зовущее «родине бедной служить»:

Значительное место в стихах Малютина занимает тема разоблачения империалистической бойни. Еще тогда, когда война шла за пределами России, в апреле 1913 года, он передает свое чувство протеста против нее. В самый большой тогда — пасхальный — праздник не верилось, что

А вскоре и многострадальная Русь оказалась втянутой в кровавую бойню… Эти события освещаются Малютиным с народной точки зрения. Как человек из народа смотрит он на опустевшие поля, разоренные деревушки, вместе с народом оплакивает гибель тысяч пахарей и рабочих. В его стихах передаются то чувства солдата, тоскующего о своих близких, то переживания покинутых им людей, то дается обобщенная картина опустошительной войны. Таковы «Молитва матери солдата», «Тихо ночь спустилася», «Желание», «В сумерках», «Думки», «Дорогому другу на войне» («Алтайский крестьянин»), «Умирающий солдат», «На войну» («Жизнь Алтая») и другие.

Стихи поэта из народа о бедствиях истерзанной войною родины появлялись не только в сибирских изданиях, они печатались в суздальском альманахе «Пробуждение», в столичной печати, вливаясь в общий поток вольнолюбивой демократической поэзии. Так, в мартовском номере за 1916 год петербургского журнала «Жизнь для всех», рядом с рассказом М. Горького «Калинин» и баснями Демьяна Бедного, было помещено стихотворение Малютина «В стране разоренной». Через год оно было перепечатано в мартовской книжке «Ежемесячного журнала», издававшегося П. А. Миролюбовым. С большой силой показаны в нем гибельные последствия войны.