Лев Морозов был крупным коммерсантом. Он возвращался с очередной сделки, которую провернул в Марокко. Что-то про покупку партии фиников… Возраст – 46 лет. Не женат. Причина смерти – не определена.
– Теперь-то ты мне веришь? – спросила Кира почему-то шепотом.
– Не знаю, – также шепотом ответил Влад. Он принял из рук сестры пачку листов со снимками рентгенов и анализов крови. – Перелом грудной клетки… сотрясение мозга… потеря крови… состояние тяжелое… – читал он, – странно что они не определили причину смерти. По-моему, тут все очевидно.
– Влад, мне сейчас не до шуток.
– Извини, – он потупил глаза.
– Если кто-то задумал убить людей, тяжелое состояние пациентов сыграло ему на руку. Все подумают, что те скончались из-за травм. Смотри, он умер на следующий день после Эрика и Мари.
– Если их кто-то убивал, почему убийца не сделал все в один день? Зачем пришлось возвращаться?
– Может кто-то спугнул его?
Влад не ответил.
Они отложили дело Льва к папкам Мари и Эрика и стали искать дальше, все сильнее чувствуя, что нашли что-то важное. Страшно сказать, но и Влад, и Кира почувствовали почти игровой азарт. Впервые им попалось что-то стоящее, реальная улика, которая поможет разобраться в истории крушения. Но прошел еще час или два, и запал сменился отчаянием.
– Больше никого. Мы уже три раза пересмотрели.
– А больных не могли привезти позже, в другие даты?
– Вряд ли. Состояние было тяжелым им требовалась срочная госпитализация. Вас же из моря вылавливали, из-под обломков…
– Значит все? – Кира непонимающе держала в руках четыре папки. – Где же тогда остальные?
– Сейчас узнаем, – Влад о чем-то сосредоточенно думал.
Они вышли из архива, забрав с собой все нужные бумаги. Влад спрятал их в портфель, поскольку выносить что-либо из хранилища запрещалось.
– Карла, прошу прощения, вас же Карла зовут? – он бегло глянул на имя на переднике.
Медсестра сидела к ним вполоборота, положив варикозные ноги в капроновых чулках на журнальный столик, и читала какую-то брошюру, когда Влад ее позвал, она подняла усталый взгляд, обрисованный синими тенями.
– Скажите, куда могли отвезти других пострадавших после крушения «Мирного»?
– В морг, – не задумываясь, ответила женщина и снова уткнулась в журнал.
– Прекрасно. Но я имел в виду живых.
На незадачливом лице изобразилась умственная деятельность.
– Тогда в другую больницу, – наконец сказала Карла. – Скорее всего в ту, что на площади Трудина.
– Remercier. Au revoir!8
Лицо медсестры покрыла непонимающая и потому глупая улыбка.
31
Кира убедила брата ехать незамедлительно. Петербург зажженными фонарями провожал заходящее солнце. Запад покрыла алая пенка растрепанных облаков. Зыбкие, дрожащие тени тянулись сквозь непрерывность проспектов. Красные отсветы бились об окна лисьими хвостами, играющими в догонялки с красным кабриолетом, который они, верно, приняли за вожака стаи.
Нужно было бежать по красному, горячему следу. Сейчас, чтобы не упустить возможности, чтобы схватить лису за хвост, пока она, хитрая рыжая бестия не раскроет все свои тайны.
Кира не могла дождаться, чтобы выскочить из машины. Наконец, они оказались в больничном холле. Усатый охранник глянул на часы, и объявил, что время приема посетителей закончилось.
– Зовите начальство, – приказал Влад, демонстрируя открывающий все дороги перстень.
[8] Спасибо. До свидания! (фр.)