Но в конце концов его убедили выстроить то, что хочет заказчик, а не то, что привык делать он. В деревянном зодчестве Серстебруд толк тоже знал, хотя и считал, что добрый камень это баловство не заменит.
Кстати, строго говоря, он был не он, а она. Лахджа видела по ауре, что это женщина. Но со стороны это было не очень очевидно, и сама Серстебруд называла себя в мужском роде, так что демоница не стала заострять внимание. У цвергов так принято, это их культура.
Когда сгустились тучи и с неба полилась вода, мастер даже не ушел под крышу. Продолжал стучать молотком, пока Лахджа и Майно стояли на берегу.
– А не стоило все это заранее сделать, а не в последний день перед гостями? – спросил муж.
– Стоило. Но ты ж не сделал.
– Я?.. Я монографию пишу!
– Прямо сейчас – не пишешь.
– Я пойду писать монографию – хорошо. Хорошо! Знаешь, какую часть я сейчас пишу?
– Какую?
– «Усмирение непокорного фамиллиара: особенности и сложности, с которыми вы столкнетесь, если фамиллиар – высший демон».
– А среди сложностей есть невозможность его усмирить?
Майно наклонился к Лахдже и шепотом произнес:
– Нет.
Затем он с достоинством удалился, а Лахджа задумчиво произнесла:
– Вот так вот, значит, да? Ну ладно, понятно.
Когда пруд наполнился на четверть, она сходила за аквариумом. Рыбка сразу подплыла к краю, высунулась из воды и критически осмотрела свое будущее жилище.
Пока мелко. Мутно. Водорослей нет.
Из всех фамиллиаров она единственная не умела говорить вслух. Только обмениваться мыслями. Но она все слышала и понимала, так что Лахджа ответила:
– Понятно, у тебя есть стандарты. Что еще нужно добавить?
Водоросли. Воду. Кувшинки. Самок.
– Ишь ты!
Дно галькой выложить. Воду проточной сделать.
– Это как?
Не знаю, придумай что-нибудь.
Лахджа задумалась. От реки пруд далековато, да между ними еще и усадьба. Рыть обходной километровый канал было бы безумием.
Нет, конечно, у Лахджи есть Ме Землевладельца. Она может постепенно притянуть грунтовые воды, заставить забить ключи и превратить пруд в естественное озеро, а от него отвести небольшой ручеек, который постепенно соединится с рекой… но это работа не на день, а на месяцы.
Хотя… все развлечение. Гхьетшедарии постоянно занимаются чем-то таким. В Паргороне воды не слишком много, и вся она под землей, вот они и проводят искусственные каналы, трубы…
– Давай просто сделаем тебе фонтан, – предложила Лахджа. – Или несколько.
Нет, я хочу ручей.
Лахджа кивнула, но сама уже задумалась о фонтанах. Пруд-то огромный, хоть и мелкий. Больше ста метров в ширину, почти двести в длину. Тут этих фонтанов столько поместится!..