– Твой муж у нас, – проговорил незнакомый мужской голос.
– Кто вы и что значит у вас? Вы его украли средь бела дня? Зачем?
– Заплатишь десять миллионов, получишь обратно побитого, но живого. В полицию не ходи, не успеешь.
– Мой муж законченный бабник, похотливый кобель. Пусть я стану вдовой, чем стану спасать его для очередной бабы. Он таких денег не стоит, да у меня и нет такой суммы. Вы звоните его отцу, он позвонит своим клиентам авторитетам, и вы вернете ему сына, еще и доплатив. Не будет у нас с вами разговора, – говорила Саша, а сама соображала, за что она может зацепиться в этом разговоре.
– Ты, женщина что-то попутала. Он у тебя мужик сильный, но не железный. Предел прочности есть даже у металла. Деньги сама привезешь пятитысячными купюрами в банковской упаковке, а вот когда и куда я перезвоню.
– Да пошел ты! Даже если я сдам в ломбард все побрякушки, я не наберу этой суммы. Чисто по-человечески мне жаль его, но у меня на руках двое маленьких детей. Это понятно? – спросила она и отключилась.
Саша рисковала и знала об этом. Сумма в десять миллионов ее не пугала, а давала гарантию «спонтанного» похищения. Судя по названной сумме выкупа, похитители понятия не имели: сколько может «стоить» ее Митя? Он никогда не рассказывал о своих делах, но Саша знала, что контора Александрова не берет в производство уголовных дел. Александров старший был хорошим специалистом по гражданским делам. Но, если и случались исключения, Евгений Вениаминович вел их сам. «Значит, криминал отпадает. Тогда кто и зачем? – думала Саша. – Они не позвонили Митиному отцу, зная о его связях, выбрали меня, на их взгляд, недалекую особу. Если они знают о моем наследстве, почему сумма выкупа не больше? Сейчас, главное не переиграть. Они мне скоро перезвонят, думай быстрее, до того, как он позвонит. Сегодня четверг, девятнадцатое, и я не успеваю получить деньги, их надо еще заказать. В ячейке такой суммы нет. Что делать? Нужно и дальше изображать глупую особу и обязательно услышать Митю. Думай, Сашка, думай, ищи выход. Надо поехать к отцу Мити, его другу Вадиму. Первому рассказать обо всем и попросить помощи, а у второго попросить денег в долг». Она набрала номер телефона свекра. Поговорив с ним несколько минут, она узнала: что машина Дмитрия стоит на стоянке офиса, а сам он там не появлялся. Саша договорилась с ним о встрече. Она собирала полусонного младшего сына в дорогу, когда прозвенел звонок.
– Успокоилась? Трезво можешь оценить ситуацию? – спросил тот же голос. – Или больше не звонить и похитить теперь сына?
– Успокоилась. Детей не трогайте. Дайте поговорить мне с мужем, я хочу его услышать. – Митя, что происходит? Как ты?
– Моя история продолжается. Прости, Саша. Я в порядке.
– Послушала? Твой муж жив и здоров.
– Что вы хотите? Я не могу быстро продать машину, больше у меня ничего и нет. Квартира, вообще, оформлена на ребенка. Где я вам возьму такую сумму?
– Пройдись по его друзьям, родителям, используй свои связи, только правду никому не открывай. Себе сделаешь хуже и ему не поможешь. У тебя два дня, ищи деньги. О полиции сразу забудь. На сутки, можешь, забыть и о нас, у тебя слишком много дел и мало времени.
Саша спустилась к машине и вдвоем с сыном поехала в офис Александровых. Она рассказала отцу Дмитрия о звонках и теперь говорила о том, какая ей от него потребуется помощь.
– Попробуйте посмотреть камеры наблюдения, если такие есть и просматривают стоянку. Возможно, узнаем что-нибудь. Мне от Вас нужны две вещи: два миллиона рублей и присмотр за детьми. Лучше это сделать завтра к вечеру. Понимаете, это ни те деньги, за которые ставят прослушку, но вот отследить мое перемещение они могут. Пусть будут уверены, что я ищу деньги. Банк, ломбард, его друзья, родные. Может, и я хвост замечу. Елена Николаевна сможет помочь с мальчишками? Как бы мне пригодился сейчас помощник, напарник, советчик. Боюсь, что я одна не справлюсь.
– Я пришлю завтра Лену на такси. Займусь камерами прямо сейчас, и человека тебе найду стоящего. Лешку я заберу из сада. Жди нас дома. Ты ключи привезла?
– Евгений Вениаминович, позвоните в гостиницу «Русь», узнайте: откуда прибыла к нам Людмила Савченко, проживающая в номере 302 двадцать четвертого июня. Мне нужен только город или страна, – попросила Саша и теперь ждала результата разговора.
– Она прибыла из Санкт-Петербурга. Что это тебе дает?
– Митя успел сказать: – «История продолжается», а история за последнее время у нас с ним была одна и связана она именно с этой особой. Это одноклассница Мити, утверждавшая, что прилетела из Канады. Больше, к сожалению, сведений о ней у меня никаких нет. Обиженная женщина способна на многое. Есть у меня кое, какие мысли. Ладно. Жду Вас с Лешкой после сада, а пока поеду в банк, потом к Вадиму. Вот, второй комплект ключей от машины Мити. Где стоянка, Вы знаете.
Она заметила «Форд» дважды. Когда выезжала со стоянки у офиса свекра, и когда, покидала стоянку у банка. Первый раз была, возможна, случайность, но второй раз, повторение маршрута, не могло быть совпадением. Заказав на завтра деньги и открыв ячейку в хранилище, где забрала часть драгоценностей и деньги, Саша ехала к Вадиму. Машина ехала за ней километров пять. Когда Саша остановилась у дома Вадима, синий «Форд» проехал дальше, не сбавляя скорости. За рулем сидела женщина в темных очках. Саша запомнила номер, взяла кресло– переноску с сыном Сашей и вошла во двор дома. Хозяйка встретила ее радушно, как жену друга. Отказавшись от обеда и в ожидании Вадима, Саша задала вопрос:
– Ира, ты сама, что думаешь о встрече одноклассников?
– Ты хочешь спросить: было ли что у Димки с Милой? Я уверена, что не было. Вадим, рассказав о своих приключениях в мое отсутствие, не удержался бы и поделился не только своими подвигами, но и подвигами друзей. А он рассказал не о подвиге, а о подставе. Мила никогда не прощала обид, хотя с удовольствием сама обижала всех, – ответила Ирина.
– Ты так спокойно об этом говоришь. Неужели так легко ты можешь простить измену?
– Это не измена, Саша, это наказание. Будь я мужиком, я бы насиловала ее сутки напролет, пока она не раскаялась за прошлое, – ответила Ирина и начала рассказ о Савченко. – Хочешь, я тебе фото покажу. Вадим успел сделать.
К приходу хозяина, Саша знала многое, но бесполезное в ее деле, кроме сведения о прежнем месте жительства Савченко и ее внешности. Ирина отдала Саше один групповой снимок с вечера встречи. Они прошли в кабинет Вадима.
– Ты давно виделся с Савченко? – спросила Саша.
– После встречи, на утро она уехала. Больше я ее не видел, а вот звонить она мне стала чаще, интересовалась делами Димки. Я удивился: с чего вдруг такой интерес оскорбленной дамы? За три недели три звонка. Ты, Саша, до сих пор не веришь мужу?
– Здесь другое дело, Вадим. Мне нужен миллион. Расписку я тебе напишу. Верну при первой возможности. И еще, если позвонит твоя подруга, скажи ей невзначай, что у нас с Митей все плохо, что дело идет к разводу, и я приезжала просить денег.
– Саша, ты можешь, мне толком объяснить, что происходит? – спросил Вадим, с нескрываемым недовольством.
– Не могу. Пока не могу. Но если ты скажешь лишнее или то, о чем я тебя не просила, можешь все испортить. Скажи, она мной интересовалась? Кто я такая, откуда? Как познакомилась с Митей?