Гришка против Пустынного демона: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Стал острее, — похвалила она.

— Не забудьте про мою саблю, — напомнил Гриша и похлопал по оставшимся одиночным голубым огонькам на своих плечах.

Металл быстро загустел и снова превратился в серую массу, но Ур успел обработать и саблю Гриши, и кистень Назифы.

— Ого, — восхитился юноша и покрутил саблей, сверкающей на солнце. — Не думал, что так легко это сделать. Боялся, что снова придется помучиться.

— Легко? — воскликнула Назифа. — Мы даже еще не начинали охоту, а столько всего уже случилось. Когда я шла в Эль-Кар, то думала, что приду, убью, получу деньги и вернусь в Кабарган через день — два. Представляю, как дома все переполошились. Я сказала, что иду на охоту, но не уточнила на кого. Иначе, отец не отпустил бы меня.

— Ну-у, ты-то хоть в своем мире, — обижено пробубнил Гриша. — Я даже думать боюсь о батюшке. Интересно, что ему Филя сказал? Что я пропал неизвестно куда пока падал? Надеюсь, ему всыпали по полной, когда меня не нашли. В следующий раз подумает на чью сторону вставать.

Ур вылил из остывшей каменной ступки густую жижу, сел и горестно вздохнул:

— Мне бы ваши проблемы…У меня жену с детьми демон унес, но я не жалуюсь.

Глава 11 Люблю грозу в начале мая… Вру, не люблю!!!

Назифа опустилась рядом с библиотекарем, положила руку на его плечо и попросила:

— Расскажи, как это случилось?

Ур тяжело вздохнул и посмотрел на птицу, парящую над горами.

— Два года назад я задержался в библиотеке и решил остаться там ночевать. На окнах не было ставен, поэтому пришлось закрыться в подвале. Демон никогда не проявлял интереса к библиотеке, поэтому ночь прошла спокойно. Я даже выспался, — он опустил голову, и Гриша увидел, как две крупные слезы упали на его натруженные руки с толстыми венами. — Когда наступило утро и я вернулся домой, то чуть не лишился разума от горя. Дверь была открыта, а внутри никого…Сосед рассказал, что случилось. Младшенькая выбежала на улицу с криком: «Папочка, скорее иди домой!». Демон схватил ее первой.

Ур больше не смог сдерживаться, закрыл лицо руками и в голос зарыдал. Гриша и Назифа переглянулись, у них не было слов, чтобы хоть как-то смягчить боль отца, потерявшего детей.

— Я виноват, — сквозь всхлипы проговорил он. — Я убил свою семью.

— Не говори так, — Гриша опустился на корточки. — Ты же не знал, что так случится.

— Не знал, — подтвердил он, затем поднял голову и строго посмотрел на Гришу и Назифу. — Зато я знаю, как сейчас чувствуют себя ваши отцы. У них большое горе.

***

— Нам надо определиться, в какой стороне искать демона, — сказал Гриша, когда они поели и начали собираться в путь.

— Ты прав, — кивнул Ур.

Он расчистил от камней небольшой участок, под которым оказался спрессованный песок, взял ветку и принялся чертить карту:

— Груфу здесь, а шли мы вот так. Демон пролетел прямо над нами. Потом мы с Назифой прятались вот здесь и видели, как демон летел отсюда, — он поставил крестик на горной гряде. — Получается, что живет демон в правой стороне.

— Согласен, — кивнул Гриша, — Только гряда во все стороны простирается так далеко, что конца и края не видно. Долго придется искать. Надо как-то точнее определить. Иначе месяц будем здесь лазить.

— Не знаю, что такое месяц, но искать придется долго, — Назифа взобралась на камень, приставила руку ко лбу и посмотрела вдаль.

Остроконечные вершины стояли друг за другом, пропадая в дымке молочного цвета. Без снаряжения им пришлось бы обходить стороной каждую скалу или искать проход, а на это нужно много времени.

— Надо еще точнее определить, где живет демон, — она аккуратно спустилась и подошла к Уру. — Предлагаю заночевать вот здесь.

Назифа отобрала ветку у библиотекаря и ткнула на импровизированную карту:

— Прямо у линии гор, чтобы видеть, откуда он вылетел.

— Правильно! Не думаю, что Рогатый даст кругаля перед едой, — кивнул Гриша. — Только выроем ямы подальше друг от друга, чтобы еще точнее знать направление.

Друзья зашагали в ту сторону, откуда пришли из Груфу. Нога Назифы быстро заживала, благодаря порошкам Ура. Раны на спине и плечах Гриши покрылись струпьями и уже не болели.