— Соберите дрова, — велел он, — Нам нужен очень жаркий костер.
Гриша и Назифа разбрелись по подножию вулкана, выискивая то, что можно сжечь. Однако, кроме сухой травы и осыпавшегося куста, Гриша ничего не нашел. Улов Назифы состоял их нескольких заброшенный птичьих гнезд и полусгнившего ствола дерева.
— Да-а, — почесал затылок Ур. — Маловато будет. Даже яйца не поджарить, не то, что металл растопить.
— Что же делать? — воскликнула девушка и опустилась рядом с Уром. — Неужели по-другому никак?
— Никак, — грустно ответил библиотекарь и вновь уткнулся в свиток. — Здесь везде написано про огонь. С помощью огня надо отделить металл от камня. На огне надо до красна раскалить лезвие любого оружия и обмакнуть его в жидкий лавовый металл, смешанный со «следом Богов» и «сердцем матери Земли».
— Что еще за «след Богов» и «сердце Земли»? — угрюмо спросил Гриша.
— Я взял их с собой, — махнул рукой Ур. — «След Богов» — это чернозем. В наших краях его мало, только на берегах крупных рек. А «сердце матери Земли» — пчелиный воск.
Повисла тягостная тишина. Путь до гор был опасный. Они несколько раз стояли на пороге смерти: скорпионы, людоеды, тварь в оазисе, еще один Пустынный демон. И теперь, когда они пришли к цели своего путешествия, оказалось, что все было напрасно. Гриша ковырял дыру на своей рубашке, Назифа гладила больную икру, Ур не сводил взгляда с надписей.
— Ах! — воскликнул библиотекарь и остальные испугано вздрогнули. — И как я сразу не заметил? Старый больной ишак — вот я кто!
— Что там? — в нетерпении спросила девушка.
— «Огонь, что дарен вам Богами», — прочитал он. — Поняли? Огонь, что дарен Богами — «Священный огонь»! Гриша, это ты!
— Но я не могу, — развел руками юноша. — Я не знаю, как это работает. Вы же знаете.
Однако друзья смотрели на него с такой надеждой, что Грише пришлось подняться на ноги и снова запеть про Стеньку Разина, про сени, про березку. Еще вспомнил романс, который часто пела старшая дочь Смолина у них в гостях. Но «Священный огонь» так и не пробудился.
— Может, его надо испугать? — вполголоса спросила Назифа у Ура.
Тот пожал плечами и тяжело вздохнул. Гриша хотел сесть рядом с ними, но тут что-то просвистело у самого уха.
— Чуть-чуть не попала, — усмехнулась Назифа и вытащила из-за пояса еще один кинжал. — Теперь-то уж не промажу.
— Этим ты меня не испугаешь, — сказал Гриша, но когда увидел, куда она целится, прижал руки к паху и невольно попятился.
— Ур тебя вылечит, — приободрила она и хищно сощурилась. — Только детей не будет.
— Ты с ума сошла! Не смей кидаться в меня ножами!
Следующий кинжал пролетел между ног и вскользь чиркнул штаны чуть выше колена, разрезав плотную ткань.
— Прекрати!!! А вдруг ты попадешь?
Назифа приближалась на полусогнутых, не сводя с него немигающего взгляда, словно хищник. Гриша завизжал и бросился бежать, прыгая, как козел на лугу. Еще один кинжал порезал его сапог.
— Дура!! Оставь меня в покое! — закричал он и почувствовал ком тепла в груди. Гриша остановился и посмотрел на руку. Та была объята синим пламенем.
Довольная Назифа опустила руку с кинжалом и улыбнулась. Ур радостно захлопал в ладоши, затем схватил каменную ступку и побежал к застывшей лаве.
— Не потухай, — велел он и начал острым камнем отбивать куски лавы. — Думай о том, что сделает с тобой Назифа, если мы не выполним то, для чего сюда пришли.
Назифа кивнула и показал кинжал. Гриша сглотнул ком в горле и с трудом подавил желание снова закрыть руками свое достоинство. Вскоре, когда ступка наполнилась, Ур высыпал содержимое пакетиков, подошел и поставил ее у ног Гриша. Тот взял каменную посуду и прижал к себе.
Ур с Назифой замерли и уставились на ступку. Сначала ничего не произошло, и Гриша успел испугаться, что он недостаточно горячий. Однако через пару минут послышалось шкворчание, и куски лавы начали таять.
— Сработало! — воскликнул юноша.
Серая густая жидкость в ступке стала отделяться и наверху образовался слой блестящего серебром металла, переливающегося цветами радуги. Гриша поставил посуду на землю и отошел подальше, чтобы ненароком не обжечь своих друзей. Назифа собрала кинжалы и отдала Уру.
— Та-ак, попробуем, — библиотекарь макнул лезвие кинжала в металл, который, словно живой, растекся по лезвию и заблестел разными цветами. Назифа забрала оружие и, полюбовавшись, бросила в куст. Срезанные ветки посыпались на землю.